Ел я ваших демонов на завтрак! Том 1

Если вызовете лекаря, то…

Я не смог придумать, что будет, если мамочки вызовут лекаря, но, похоже, они придумали сами и ужаснулись своей придумке.

Отлично! Мне же проще. А то мозги уже с ними кипят.

Я не спеша вышел из кухни и направился к лестнице. Шёл, как по минному полю, каждый момент ожидая взрыва. Но вроде пронесло.

По лестнице поднимался, вслушиваясь в каждый звук. Но все три женщины не сдвинулись с места.

Я чувствовал себя победителем. Но ровно до того момента, как поднялся на второй этаж. Там тоже был длинный коридор и пять дверей по одну сторону, пять – по другую.

Этот момент нужно было вычислить с первого раза и в условиях ограниченного времени. Если я сейчас пойду не туда, то лекарь мне будет обеспечен. А мне оно надо?

Понятно, что мамочки остались внизу, но они наверняка прислушиваются к каждому звуку, к каждому шороху, к каждому скрипу половиц. Поэтому ошибиться никак нельзя.

Я включил логику. Если Кизаму такой обожаемый всеми мамочками сыночек, то вероятнее всего его комната будет ближе к центру, чтобы на равном расстоянии от всех… И второй момент, опять же с учётом того, что обожаемый… то скорее всего это будет лучшая из комнат.

Рассудив так, я решительно направился к средней комнате, чьи окна смотрели на соседние дома. Открыл сдвижную дверь, и понял, что ошибся. Это никак не могла быть комната мальчишки подростка.

Цветочки, оборочки, кружева… Эта комната больше подходила девушке или женщине.

Я уже хотел было задвинуть дверь, как увидел разложенные на кровати штаны и зелёную рубаху – похожие на те, что на мне, только чистые и отглаженные. И… на рубахе, на рукавах и по горловине шли рюшечки…

Сами собой вспомнились слова мамы Юмико о том, что она сшила для меня одежду…

– Твою мать! – не выдержал я.

Это действительно была моя комната. Я всё правильно рассчитал.

– Что такое, сыночек? – снизу донёсся хор мамочек.

Я закрыл дверь, развернулся и пошагал вниз по лестнице.

Зашёл на кухню, сел на стул, на котором только что сидел и, махнув в сторону свободных стульев, приказал:

– Быстро сели! Все трое!

Мамочки испуганно прошли и сели. Они смотрели на меня недоумёнными глазами. Ещё бы! Их мальчик перестал быть белым и пушистым. Ничего! Это только начало!

Когда женщины расселись я сказал:

– Мама Ишико, мама Юмико, няня Омоко, я вас очень люблю и уважаю. Я за вас любому глотку порву.