Сага об орке. Некомандный игрок

Вот ты недавно про славу говорил. А в чем слава убивать землепашцев и их женщин?

— В этом нет славы, Асгейр, — ветеран тяжко вздохнул.

— Так зачем...

— Затем, — не дал он мне договорить, — затем, что люди, это не огры. Если бы мы сразу пошли на берега людей... — помолчал немного, взглянул на меня. — Если бы мы от Бьёрке пошли сразу в Вестлёнд, то, боюсь, к этому времени команды у нас уже не осталось.

— Все равно... — я тяжко вздохнул, — каннибалы или нет... Но они такие же крестьяне, каким буквально вчера были большинство из нас.

Черт, да чем же мы лучше тех же чёрных?

Последние слова я почти выкрикнул в лицо Фритьефа. На нас стали оборачиваться.

— Мы лучше, Асгейр, поверь мне. Когда-нибудь ты это поймешь.

Часть 2 Глава 14 Жди нас, Вестлёнд!

— Что это, там, впереди?!

Дренги как один подорвались, выскочили на нос корабля. Я, признаться, тоже не усидел на месте, и, чтоб развернутый поперек корпуса парус не загораживал обзор, присоединился к остальным.

Да-а-а... Было на что посмотреть.

Там, впереди, куда наш «дракон моря» рвался полным ходом, заканчивалась сплошная облачность, под которой я жил с момента «попаданства», а остальные — всю жизнь. Просто тянулась-тянулась, как низкая крыша над головой, и заканчивалась. Не истончалась, растворяясь в небесной синеве, не лохматилась, протягивая длинные лоскуты. Как обре́зали ножом: здесь — низкий, грязно-серый «потолок» над головой еще есть, а вот там, чуть дальше — уже нет. «Там» только голубизна бесконечно высокого небесного свода, яркое солнце и вереницы белоснежных кучевых облаков.

— Офигенно, — выдохнул под нос.

Господи, как же мне этого не хватало!!! Даже в груди защемило.

— Мы увидим Асгард? — неуверенно и даже немного испуганно пробормотал Фре́ир.

— Не переживай, не увидишь, — Снор, восседающий по-турецки под самой мачтой передвинул фишки на доске. — А я вот так!

— По крайней мере, не при жизни, — поддержал его Бо́лли, сидящий напротив в такой же позе, не отрывая взгляда от игрового поля.

— Хороший ход, дружище!

— Глаза поберегите, дуралеи, — проворчал расслабленно облокотившийся на борт Ойвинд, вытянувший ноги поперек палубы. — Вы такого яркого солнца за всю жизнь не видели, будете долго смотреть, потом слезами умоетесь и глаза болеть будут.

Кстати, сообразил я, а он прав! Даже выход из темного подъезда на залитую солнцем улицу доставляет массу неудобств, а тут парни, всю жизнь прожившие в условиях низкой освещенности.