Сага об орке. Некомандный игрок

Зато можно было рассмотреть пояс, набранный бронзовыми бляшками, такими же в принципе, как у меня, но только у меня их было от силы штук шесть, спереди, по три в обе стороны от пряжки, а у него из-под пластинок ремня не видно.

— Говорят здесь набирает новый лид некий форинг Сигмунд? — довольно резво начал передний.

Старший братан тут же приосанился, развел плечи, вздернул подбородок. Но ответил снова Фритьеф:

— Тебя не обманули, набирает. И что же надо трем достойным хольдам от форинга Сигмунда Йоргенсона? Я — Фритьеф Эгильсон, его правая рука, говорите сначала со мной.

Волосатик переключил внимание на Фритьефа, и кажется слегка подсдулся. Впрочем, мне сбоку было не очень хорошо видно их лица.

— Я, Бо́лли Го́ттфидсон, хольд. Ходил с херсиром Свеном Свенсоном... — повисла небольшая пауза, будто говоривший выбирал, как продолжить разговор, — но услышал, что новому форингу нужны опытные бойцы. И вот мы здесь.

Бо́лли полуобернувшись кинул взгляд на сопровождающих.

— Я Моди Ванландсон, — шагнул вперед и встал рядом с Бо́лли мужик в плаще и со шрамом, — ходил вместе с Бо́лли под началом Свена Свенсона.

— Я Снор Эриксон, хольд, — встал с другого бока третий, без плаща, — я из лида форинга Ульвбьерна.

— Конечно нам нужны опытные хольды! — поспешно выпалил обрадованный Сигмунд.

Фритьеф дернул щекой.

— А что же ты не пошел в этот раз со Свеном Бешеным Кабаном?

Я мысленно зааплодировал ветерану. Да! Почему вы покинули предыдущее место работы? Вас уволили?

— Слышал я, что форинг Сигмунд предлагает двойную долю опытном хольдам? — волосатик, прищурившись уставился на Сигмунда.

— Предлагает, — по-прежнему разговор вел Фритьеф, — но ты правильно заметил — опытным.

— Я могу показать, что умею, — с вызовом ответил Бо́лли.

— Погоди, хольд, — опять влез Сигмунд. Но было видно, что старшенький уже взял себя в руки, и в нем заговорила Йоргенова скуповатая жилка, — я вижу, что вы не новички в своем деле. В лид я вас готов взять, после того как представитесь.

Глава 3 Лид

Выставленные на стол лампы нещадно коптили, наполняя помещение желтоватым дрожащим светом. К запаху сгоревшего масла в светильниках на столе и на стенах добавлялся букет ароматов жареного мяса, рыбы, пива, последствий метеоризма в кишечниках непривыкших организмов. Звуковой фон состоял из мужского разноголосья, изредка перекрываемого выкриками и смехом.