Во все Имперские ТОМ 3

— Вот именно, — подтвердил я, — И наша L8 создана не для того, чтобы поднять бабла на воровстве царских корон и разбежаться, Пушкин. Нет, у меня большие планы. Мы все тут из худых родов, и мы должны вернуть себе власть и влияние. Мы должны сделать наши кланы великими снова. Я лично намереваюсь подмять под себя Россию, если не весь мир. И использовать ложу в качестве механизма для этого.

Так что будьте полезны ложе, граф Пушкин, или проваливайте. Только знайте, что если останетесь — никто не будет знать ни в чём нужды.

Это я придумал спереть корону, это я прикрыл нас всех перед Охранкой, это я договорился с покупателем, и я совершенно бесплатно повысил только что ранг, и вам, и всем остальным. Так что со мной никаких проблем не будет. Доверьтесь мне, Пушкин, и у вас будет не два миллиона, а все сто!

Моя речь, само собой, была обращена не только к жадному потомку поэта, но и ко всем остальным.

Когда я замолчал, на несколько секунд повисло молчание. Я пожал плечами и сел на какую-то коробку с театральным реквизитом, чтобы показать, что я всё сказал, а на остальное мне плевать.

— Барон прав, — неожиданно поддержала меня Головина, — Да. Я тоже всегда мечтала о сильной и влиятельной ложе. О власти. Не следует низводить масонские ложи до воровских шаек. Это оскорбляет саму магию! Да, я согласна с Нагибиным.

Я кивнул.

— И что ты от нас хочешь? — поинтересовался Пушкин.

— Завтра мы пойдём в бой, — объяснил я, — И победим, я уверен. И если сделаем всё правильно — каждый из вас получит свои миллионы, как я и обещал.

— Мда, а если мы сдохнем? — уточнил эфиоп.

— Тогда твоя доля достанется выжившим братьям и сестрам, — ответил я, — Плохо что ли? Хорошо же! Но на самом деле я уверен, что никто не сдохнет, разве что наши враги. У меня всё просчитано. Так что не очкуй, Иясу. Я жду всех, кто готов пойти за мной здесь же, вот в этой кладовке...

— В нашем масонском храме, — поправила Головина.

— Да, в масонском храме. Отдохните часа три и приходите. Если хотите честно потрудиться на благо ложи и получить ваши деньги, конечно.

— Ты конкретней расскажи, — потребовал Пушкин.

— Через три часа.

***

Когда все начали расходиться, я отвёл в сторонку принцессу и Корень-Зрищина.

— Я помню, что у каждого из вас есть некоторые проблемы, — сообщил я им, — И я помню об этих проблемах, и займусь их решением завтра же. Как только расхлебаю свои, добазарились?

Корень-Зрищин неуверенно кивнул, принцесса еще раз поблагодарила меня. Я поцеловал ей руку.