Как я стал боевым магом

Я вам вот заварила, — добавила она и протянула Анне горячий напиток. — Внутрь пока не приглашаю, у нас полный бардак, осваиваемся.

Гостья слегка улыбнулась, принимая чай. Мне же пришлось быстро надеть майку, рубашку, брюки, прячась в углу гостиной, где меня не видно из прихожей. Заметил, что домовой хитро щерится и поглаживает бороду, сидя на небольшой табуретке размером под стать ему самому. Ольха в виде кошки тёрлась о ногу женщины. Даже полоз спустился с подоконника, но по его внешнему виду невозможно читать эмоции, да и непонятно, испытывал ли он их вообще.

Наконец, я совладал со всеми пуговицами и молниями и был готов выдвигаться хоть на другую планету.

Нас уже ожидало такси, а дождь еле капал, так что мы даже не намокли, пока шли из подъезда до машины. Когда тронулись, хотел задать вопросы по существу, а то согласился помочь, даже не зная, что делать, но лишь набрал воздух в лёгкие и прислушался к сердцу, шумящему не меньше, чем двигатель французского седана, в котором сидели. Анна, слегка прикусив губу, смотрела в окно, и я не решился её потревожить.

Там, на месте, разберёмся.

За тонированным стеклом промелькнул широченный мост через Топь и ТЭЦ. Всё это стояло вперемежку с многоэтажками, зданиями магазинов и автомастерских. Потом машина выехала из Новониколаевска и проскочила через город-сателлит с таким же названием, как и река — Топь.

Набирающий рядом высоту самолёт явственно намекал на близость аэропорта. В конце концов, мы свернули с трассы в коттеджный посёлок.

Водитель несколько раз сверился с навигатором и выслушал комментарий Анны: «Вот здесь направо», а потом встал у небольшого домика, сложенного из старых железнодорожных шпал и покрытого побитым шифером. Причём он явно обитаемый, так как в окне мелькнуло злое старушечье лицо.

Мы вышли, отпустили такси, а потом обошли домик по кругу.

— Вот, — произнесла Анна, указав на большое дерево, в ветвях которого обнаружилось непонятное сооружение.

Это выглядело, как нечто среднее между скворечником и избушкой на курьих ножках.

Грубо смастерённая будка из пересохших досок, связанных обрывками верёвок и старыми женскими колготками, имело даже вход с дверью и маленькое окно с куском плексигласа. В общем, состоял из того хлама, который легко можно найти в округе. Только размеры смущали. Габаритами сооружение великовато для птицы и маловато для человека, даже для ребёнка. Конечно, оставался вариант, что это просто чей-то розыгрыш, но вероятность этого мала.