Некромант: новелла о непутёвой ученице

Она тоже была от него не в восторге.

– Увидишь, – улыбнулся я, направившись к рынку. Иногда специально приходилось себя одёргивать, чтоб пожилой политик успевал за нами.

Рынок был близко и дошли до него быстро, окунувшись в новые голоса, новые запахи и новые образы. На нас не обращали внимания, а вот сенатору торговцы кланялись. Но скорее не ему самому, а большому золотому медальону, изображающему резную колонну, убранную лавровым венком.

Мы шли. Мира глядела по сторонам, стараясь угадать, что из всего этого может пригодиться в учёбе.

Чтоб срезать путь, я направился к фруктовым рядам. По пути взял с лотка какого-то торговца большое яблоко, кинув девушке.

– Я не голодна, – буркнула племяшка, с подозрением глядя на фрукт.

– Ты яблоки не любишь?

– Люблю, но не хочу.

– Зря, – зловеще протянул я, – первое время тебя при слове мясо тошнить будет.

– Не будет. Я мяса, что ли, не видела?

– Ну, в несвежей человечине точно не ковырялась.

– Фу, – скривилась Мира.

– Я о том же.

Одни ряды кончились и начались другие, а вскоре мы вынырнули на небольшую площадь, где шли торги живым товаром.

Мужчины в набедренных повязках и обнажённые девы, связанные для приличия белыми верёвками.

В какой-то момент Мира встала, уставившись на высокого широкоплечего брюнета, который при виде её подмигнул и согнул в локте руку, поиграв тугими мышцами.

– А что он не сбежит? – спросила Мира, когда мы продолжили путь. Она несколько раз обернулась на ходу, разглядывая загорелого парня.

– Кто? Этот? Да он сам себя продаёт.

– Это как?

– Мира, я тебе удивляюсь, то ты кичишься, что тебя голым мужиком не удивишь, то слюни на этого атлета роняешь.

– Ничего я не роняю, – ответила племянница, протерев на всякий случай ладонью губы.

– К вечеру выползут на свет состоятельные матроны. И его купят.

– Зачем?

– Да потому что это бездельник. Город не бедный, состоятельных горожанок хватает, а уж тех, кто с удовольствием ляжет под него, тем более.

– Но продаваться-то зачем?

– Из-за правовых особенностей. Раб на наследство права не имеет.

И алименты госпоже, если что, не платит.

Мы прошли мимо нескольких обнажённых барышень, возле которых уже я ненадолго замер.

– Тоже слюни роняешь? – ехидно спросила Мира, подхватив меня под руку и показав язык ближайшей рабыне.

– Разумеется. Ты лучше на сенатора посмотри. Его точно сейчас сердечный приступ хватит.

Мира поглядела на старика, обязывающего сухие губы и глядящего на девушек, а потом хихикнула.

– Наверняка купит себе одну.

– Не купит.