Свет Вечный

Полагаю… в дороге произошли какие-то осложнения?

– Произошли, – хмуро ответил Лиам и слегка сжал плечо Дони. – Но вас они не коснутся.

– Вы в этом уверены? – пронзительный взгляд светлых глаз совершенно не соответствовал дружелюбной улыбке. – Если успеху нашей миссии может что-то угрожать… хотелось бы выяснить это заранее.

– Уверен, – отчеканил паладин. – О месте встречи… знаю только я. Теперь.

Он решил, что боги простят ему эту маленькую ложь. Северянин удовлетворенно кивнул, и настал черед Лиама задавать вопросы:

– Куда вы отвезете мальчика?

Олан испытующе посмотрел на него и, продолжая вежливо улыбаться, произнес:

– Боюсь, я не вправе отвечать на этот вопрос.

– Я должен знать, что с ним все будет в порядке.

– О, не переживайте, господин Перст. За будущее ребенка я ручаюсь головой. Поверьте, на севере он будет как у Дэуса за пазухой.

Дони, чувствуя напряжение, обеспокоенно водил взглядом от одного лица к другому. Лиама не устроил полученный ответ.

– Честно говоря, меня сейчас больше волнует ваша судьба. Что будет с вами теперь?

– Моя судьба, – паладин неожиданно понял, что слова даются ему уже не так уверенно, – это Атерос.

– Ни в коем случае не хочу умалять вашу преданность родине, – осторожно продолжил Олан. – Однако какова вероятность, что, оставшись, вы… кхм… не подвергнетесь риску?

Лиам ответил не сразу.

– Я не могу… предать святую землю. Здесь мой дом.

Зал таверны окутала тишина, которую вскоре разорвал тихий и встревоженный голос:

– Дядя Лиам. Вы не пойдете со мной на север?

Паладин опустился на колено и посмотрел мальчику в глаза с тем количеством тепла, которое только смог в себе отыскать.

– Прости, малыш. Мне очень жаль.

– Но вы же обещали! Говорили, что не бросите меня.

– Я не бросаю… Пойми – это для твоего же блага.

– Почему?

– Я совершил… плохой поступок. Непростительный. И теперь должен ответить.

– Вы спасли меня! От злых людей. Что в этом плохого?!

– Не все так просто, Дони. Увы, жизнь не делится только на хорошие и плохие поступки. Бывает, там, где одни видят благо, другие могут узреть страшный грех. И, если я не отвечу за свои грехи и отправлюсь вместе с тобой, злые люди… они не оставят нас в покое. Не оставят тебя. А этого я допустить не могу.