Свет Вечный

Валиас и Томасик незамедлительно согласились – ведь добрым сигнаритам в любом краю найдется дело по душе. Они по очереди обняли Дони, погладили Лучика и забрались в седла. Настал черед Олана Йорна.

– Прощай, дружок, – с улыбкой произнес он. – Аббат Вартек о тебе позаботится. Он хороший человек. Я буду тебя навещать, если захочешь.

– Хочу, – улыбнулся мальчик, но по лицу пробежала тень. – А дядя Лиам… Скажите честно… Он уже не приедет?

Олан встал на колено, опустил руку на белокурую головку и грустно улыбнулся.

– Боюсь, что нет. Мне очень жаль.

Мальчик насупился и отвернулся к морю. Его губы задрожали, глаза заблестели. Чародей хотел подбодрить ребенка, сказать хоть что-нибудь, но слова не приходили. Лучик подошел к хозяину и тихо заскулил.

– Ничего. Я все равно его увижу, – прижимая к себе дворнягу, сказал Дониус, избранный мальчик.

Эпилог

Спустя несколько десятилетий возле моста, что разделял земли Великого Севера и Священного Королевства Атерос, появилась одинокая стелла из белого камня. На ней были высечены слова памяти человеку, который до самого конца вел борьбу, но никогда не изменял себе.

«Я – меч, что выкован слепой судьбою,

Врагам добра и света на погибель.

Мой путь во тьме пронизан тишиною,

Конец тропы за мглой совсем не виден.

Но знаю я, что сил мне все же хватит

Пройти сквозь грозы к звездам поднебесным.

И сокрушив врагов всех подлых рати,

Для зла я не оставлю в мире места.

Мне не страшны ни демоны, ни боги.

Кто встанет на пути – тотчас падёт.

Свет вечный озарит мои дороги,

К златым вратам лишь вера приведет.

В тот час, когда рука моя устанет,

Затупится клинок, осядет пыль.

Когда мой дух перед Судьей предстанет,

Наступит в сердце долгожданный штиль.

Тогда без страха приподняв забрало,

В сады, что полны радости, войду.

Где свет перекует меня в орало,

И там покой я вечный обрету.