Страж Времён: Начало.

О коем я, разумеется, ничего не сказал ни деду, ни Алисе с Гарри. Происходящее всё ещё было максимально сюрреалистичным, но теперь у меня хотя бы была конкретная цель.

И конкретный враг.

— Ста... Ох, всё ещё не могу поверить, что говорю это... — пробормотал я, поджидая орду под одиноким фонарным столбом. — Статус!

Над тварями вспыхнул серебристый текст в табличках. Над всеми сразу, конечно, поэтому пришлось читать только те, что были поближе.

Оживший мертвец, 3 уровень.

Оживший мертвец, 6 уровень.

Оживший мертвец.

..

Внимание! В энциклопедии Системы доступна новая информация!

Восставшие из мёртвых — наиболее распространённый противник во вратах Смерти, периодически вырывающийся за их пределы. Неприкаянные души давно погибших людей, утратившие любую индивидуальность, вынуждены скитаться по миру, высвобождая первобытную ярость и гнев, накопленный за годы небытия в могилах. Пускай по отдельности они не представляют опасности, эти существа имеют привычку сбиваться в стаи, а из стай — в орды себе подобных, сея хаос и разрушение в месте своего обитания.

Не имеют магических способностей, не имеют навыков ближнего/дальнего боя. Редкие мертвецы обладают изменённой брюшной полостью — в ней хранится легковоспламеняющийся газ.

Уязвимости: любое холодное, магическое или огнестрельное оружие или заклинание/навык. Предпочтительней использовать святое зачарование и магию света.

Сильные стороны: количество.

Совет Системы: цельтесь в голову.

— И впрямь зомби, — хмыкнул я, поднимая пистолет.

Ох, и много же будет у Алисы вопросов после всего этого... Правда, какое это имеет значение сейчас? — Гарри!

— Сэр, — опустил черноволосый стекло.

— Газуй, как только улица станет более-менее свободной, — протянул я, отходя ещё дальше, на тротуар. Мертвецы потянулись следом, оставляя дорожную часть. — Довези Алису до убежища. Любой ценой.

— Yes, sir, — кивнул он, закрываясь. Закричала Алиса, застучала в окно и задёргала дверную ручку, вовремя закрытую приятелем. Прости... Даже не будь у меня этих девяносто девяти жизней, я бы всё равно так поступил.

Убивая, будь готов умереть в любой миг своей никчёмной жизни. А сейчас — куда уж никчёмнее-то?

Мне двадцать семь, а всё, что я умею — это убивать. Я был счастлив, несмотря на это. У меня была семья, было будущее, стабильность. Но пришла Система, пришла эта ненормальная богиня, это чёртово проклятье, пугавшее меня одним своим присутствием. Никогда ведь не верил в душу, во всю эту религиозную брехню...