Страж Времён: Начало.

Но богиня услышала.

— Много, Ганс. Больше, чем любому человеку в твоём мире.

— А мне... Всего двадцать девять. Всего двадцать девять лет я хожу по земле. А за последний год мне показалось, что я постарел на пару лишних десятков. Хочешь знать, почему? Потому что всё происходит слишком быстро. Я не за всем успеваю. Зато успеваю, как ты сказала, потеряться. Мои товарищи — кто-то ушёл, кто-то сошёл с ума, кто-то продолжил сражаться. Мы стали бы отличными друзьями, не будь у меня этой... Миссии. Миссии мессии. Мои родные.

.. Были бы живы. Если бы не эта чёртова миссия. Знаешь... Я понятия не имею, почему вообще решился на всё это. Защищать людей, человечество... На кой оно мне, собственно, сдалось? Повторю, богиня. Мне всего двадцать девять. Я просто... Не готов ко всему этому. Несмотря на то, через что уже прошёл.

— Порой я забываю, сколь краток ваш век, — сказала Далайла, чьи зелёные глаза сверкали, отражая молнии, бившие вокруг нас. — Но это не оправдание. Ты уже взял на себя груз ответственности, а потому обязан донести его до конца.

Либо выполни свою миссию, либо умри, пытаясь.

— Круто, — хмыкнул я в ответ. — Нет, правда, круто. Такой подход мне нравится. Старый, как мир, зато эффективный. Мне уже всё равно, что со мной будет. Всё равно, умру я или нет в итоге. Найду ли свой хэппи-энд, или сгину в небытие, как всякий герой трагичных историй. Я просто хочу увидеть, чем всё закончится. Смогу ли я превзойти богов... Сможет ли человечество жить самостоятельно, без вашей власти... Увидеть ответ. Таково моё желание.

А все эти красивые речи о справедливости и прочем я оставлю на ту троицу, что сейчас ведёт людей.

— Я рада, что в тебе осталась хоть капля достоинства, — улыбнулась женщина, поднимая над землёй ладони с растопыренными пальцами. Земля задрожала в такт её действиям, а за спиной богини, мерцая и переливчато блестя, появились скрученные зелёные стрелы. Достаточно длинные и тонкие. Вокруг них скручивался даже дождь — столь быстро вращалась магия внутри. Высшие чары ветра. Видимо, Далайла решила всерьёз убить меня, раз использует одно из сильнейших заклятий вот так, сразу.

Будто прочитав мои мысли, женщина продолжила. — Сражайся, Ганс. Нет никакого удовольствия в убийстве противника, который не сопротивляется.

— Сперва обещай мне кое-что, — вынимая из инвентаря пистолеты, произнёс я.

Громыхало, сверкало и катилось с небес. Мокро и... Холодно. Как она там сказала? Столько жертв позади и ещё больше — впереди... Не скажу, что не был готов к этому.