Инсомния-4

Никаких законов Алаварии я не нарушал, мир снов мне свидетель.

На последний словах лесничий немного успокоился. Почему-то путники свято верят, что клятва калейдоскопом нерушима и подтверждает, что ловец говорит истину. На самом деле это просто свидетельство, а за ложь последует наказание, не более.

То есть я спокойно могу солгать, поклявшись калейдоскопом, но не умру на месте. Просто потом будет плохо. Правда, если верить магистрам из академии, то наказание соразмерно преступлению, так что за нарушение клятвы могут нагрянуть санкции и похуже смерти.

Или такие, что так или иначе к ней приведут.

Но даже если бы я сейчас соврал насчет законов страны, то скорей всего получил бы эфирное возмущение на пару месяцев. Тяжелей было бы снить и работать с эфиром. Правда это как с великим мостостроителем. Соврешь калейдоскопу один раз в мелочи – и навсегда останешься лжецом. А память у мира грез ого-го.

– А деньги-то у господина ловца имеются? Вы не местный, сразу видно. А в нашем королевстве цены высокие.

– Есть оружие, думал продать, хоть и не знаю, сколько стоит.

Мы сидели на лавке возле дома. Внутрь меня не пустили, но лесничий обещал накормить похлебкой. Когда увидел Врума, а затем еще узнал, что я подарил его дочери сборник сказок, то как-то подобрел сразу. Все-таки книги, да еще иллюстрированные, в этом мире если не редкость, то как минимум привилегия.

Скорей всего сработало в первую очередь время. Хотел бы ограбить – уже ограбил бы. А так вроде бы и пришлый в лохмотьях, а вроде как и ловец.

А в Алаварии ловцов уважали и любили, потому что они здесь много работают на благо народа. Правда им за это очень хорошо платят.

Но в любом случае любые ловцы мирных и социальных направленностей тут ценятся, пусть я немного и мимо кассы пролетаю. Демона я благоразумно не светил, а вот Врум всегда всем нравится.

– Ну покажи, может подсоблю чем, – вздохнул лесничий.

Я достал оружие, оставшееся мне от пиратов. Мертвым оно ни к чему. Целых восемь ножей, от маленьких до полноценных длинных кинжалов.

Два топора, один короткий меч, напоминающий ятаган. Запасные древки брать не стал, как и тащить щиты. С топоров тоже оставил лишь навершия.

В пещерах было легко двигаться, постоянно накинув сон. Но здесь эфирный фон куда ниже, так что тяжесть за спиной давала о себе знать.

– Добротное оружие. Не имперское и не местное. Если хорошо торгуешься, то с полсотни орлов серебром наберешь. Хватит на неделю сытой жизни в городе.