Инсомния-4

Я лишь молча помог Талеру двигаться вперед и последовал за провожатым. Уверен, тут были и другие эльфы, но как ни старался, не смог никого заметить. А отправлять Врума шпионить считал чем-то неправильным.

Как и в прошлый раз, расстояние в лесу измерялось какими-то своими методами. В прошлое посещение я удивился этому, но значения не придал, списав на волшебность. А сейчас уже способен был взглянуть на все иначе.

Сэкономить пару недель пути означало пройти Золотой Лес насквозь меньше, чем за день. А скорей всего за какой-нибудь час.

Там нет привычного понятия времени и расстояния, а все укладывается в восприятие идущего и зависит от желания попасть в то или иное место. Если бы не мелкие детали вокруг, вроде веточек, листочков, жучков да прочего, то я мог бы решить, что мы в дреме.

Но нет, это была либо явь, либо какой-то новый уровень погружения в сон. Может быть, Золотой Лес находится между мирами, вроде Академии или Потерянного Храма? Потому тут законы мира снов имеют такую силу.

Не вяжется, все-таки та же Академия находится вне яви, а Храм вообще можно лишь призвать раз в год. А Лес – вот он, стоит себе, заходи, когда хочешь… Остаться без яиц.

Значит, все-таки какая-то местная магия? Локальная. Кто-то из эльфов ловец, способный призывать сновидение, меняющее расстояние? Или все проще и это часть их пассивных способностей? Вроде как все эльфы могут использовать тайные тропы.

Не знаю, но провожал меня всегда один и тот же парень, что и сейчас ведет вперед к его госпоже. Очень хотелось воспользоваться эфирным зрением, но мало ли местные воспримут это как-то не так. Нет, назвался гостем, веди себя подобающе. В конце концов, в этом мире это часто имеет значение.

Я не знал, ведут ли меня на встречу с главной эльфийкой или просто проводят на выход. Но в какой-то момент расслышал голоса, которые явно спорили. Слов пока не разобрать, но говорили мужчина и женщина.

Женский голос я узнал сразу, мягкий перезвон колокольчиков мог принадлежать только хозяйке волшебного леса. А вот мужской, сухой и низкий, казался мне смутно знакомым, но вспомнить его я не мог.

Выйдя на уже знакомую поляну с прудом, окруженным камнями, я на мгновение впал в ступор. Спорили двое, а вот людей здесь было трое, просто третий по привычке молчал. Я быстро подошел к нему и крепко обнял.