Разбитый мир III. Земля иномирцев

Один Фенрик на особом положении. Он у нас комнатная собачонка. Стережет хозяйскую спальню, хе-хе.

За поворотом показались двери лазарета. Девушка вздохнула с облегчением. Больше не придется выслушивать мерзости от гоблина.

Дират приоткрыл створку и просунул длинный нос.

– Эй вы там! Принимайте кусок мяса! Опять Киара прислала, – он затолкнул Денеб внутрь. – Бывай.

Цульфим взмахнула руками, пытаясь устоять. Но ноги подводили, левую лодыжку опять скрутило болью. С губ сорвалось грязное слово в адрес мерзкого гоблина.

Денеб подхватили, не дав упасть.

– Ну, зачем так ругаться? – укорил мягкий голос. – Идем. Скоро боль уйдет.

Держа под руки, девушку повели к кровати два дриада. Они помогли снять сапоги и уложили на простыню. Вытянувшись и распрямив усталую спину, Цульфим испытала такое облегчение, что негромко простонала. А когда дриады окутали ее зеленым облаком света, сознание девушки улетело в нирвану блаженства. Боль исчезла, зато усталость навалилась в полной мере. Реальность меркла, разум отключался от происходящего, как того и хотела Денеб.

«Только она имеет право ломать свои игрушки!» – раздался из тумана визгливый голос. – «Мы все – ее игрушки!»

«Игрушки?» – где-то между явью и сном задала вопрос Денеб. – «Не правда. Тормента не играет в игры. Скорее, инструменты. Они тоже ломаются».

Мысли расплылись, растворяясь в белой пелене. Через минуту Денеб спала.

Глава 11. Планы меняются

Из-за гор показался алый краешек солнца. Холодный свет окрасил оранжево-розовым склоны и лес.

Ночной туман рассеивался. Лучи пробились сквозь молочную пелену и скользнули по листьям ветвистых деревьев и игольчатым лапам хвойных конусов. Они обнаружили прогалину, где под тонкими покрывалами спали семеро. Зеленый цвет ткани скрывал спящих и делал почти незаметными для простого глаза. Но один лучик все же нашел цель и замер на лице с упавшими прядями каштановых волос.

Дармер недовольно сморщился. Он желал вернуться в мир сновидений, но пробивающийся сквозь веки свет выдергивал в новый день.

В былые времена Веспер с охотой полюбовался бы восходом солнца с края скалы. Как и покойный учитель Гефест, Дармер любил рассветы. Однако сейчас юноша ненавидел их всей душой.

С трудом перевернувшись на другой бок, маг потянулся за спину, натянул на голову капюшон и собрался вновь провалиться в сон.

– Уже нет смысла, – донеслось сквозь дремоту. – Я разбужу всех через несколько минут. Так что можешь вставать.

Дармер вздохнул.