Темный Путь. Книга 2. Путь неофита

– Теперь понятно, почему «Птица Удачи». – задумчиво проговорил Малем, не отрывая взгляд от чучела. Друзья расположились в дальнем углу, куда практически не проникал дневной свет. Они были не единственными посетителями наглухо закутанными в плащи, поэтому никаких излишних подозрений не вызывали. – Зитаруса и увидеть-то сложно, не то что убить. Тем более так, чтобы не повредить шкуру.

Вдруг, дернувшись словно от щелчка по уху, он бросил недовольный взгляд на Ника и, подняв руку, сделал жест, которому его обучил Ран.

К эльфам незамедлительно подошел Гилекс. В том, что это именно управляющий «Птицей», сомневаться не приходилось.

Выглядывавшие из-под закатанных рукавов предплечья, изрезанные паутиной застарелых шрамов, смотрелись более чем внушительно. Широкие плечи, подбородок кирпичом, прямой низкий лоб, но, в то же время, добродушная улыбка и смеющиеся, карие глаза – бывший наемник выглядел точь-в-точь, как и описывал прислужник.

Гилекс достал из переднего кармана кожаного фартука тряпку и, наклонившись, чтобы протереть стол, вполголоса проговорил:

– Сегодняшнее блюдо Ран относил к вам в комнату.

– Кружку элтнанского. – плохо скрыв разочарование, заказал Малем.

– И легкого сидра, пожалуйста. – добавил Никаниэль.

Кивнув, управляющий удалился, и вскоре миловидная подавальщица, дежурно улыбнувшись, сгрузила на стол две большие керамические кружки с хмельными напитками.

По первому глотку сделали молча.

Малеммил все еще дулся, а беглый принц разглядывал заведение, постепенно заполнявшееся посетителями. Все вокруг выглядело чистым и аккуратным. Ни соринки, ни пылинки, ни пятнышка. Сравнивать «Птицу Удачи» и того же «Золотого Кабана» – все равно что положить рядом спелое, едва сорванное с ветки яблоко и точно такое же, но несколько дней пролежавшее на земле. Разница видна невооруженным взглядом.

Кроме того, о статусе заведения отчетливо говорило и то, что ни один клиент не пытался никоим образом дотронуться до официанток или, тем более, пристать к ним.

– Знаешь, а я ведь действительно любил ее. – подал, наконец, голос обиженный эльф. – Я думал, что за эти годы, что-то изменилось, но когда стоял там перед дверью… – взгляд Малема растворился в кружке вина, словно брошенный в не успевшее застыть озеро снежок. – А тут ты влез со своими «Пожалуйста, будьте любезны», чтоб тебя поперек и пополам! Тьфу!

Малеммил замолчал, но Ник и не думал встревать.