Пробоина 3: Тень Пса

На хрен, вот женская логика! Эвелина должна была мне сказать об этом сразу же, ещё на входе.

– А если магию духа? – поинтересовался я.

– Ты не можешь ей управлять, привратник. И не спорь! Не можешь… пока, – Эвелина нахмурила брови, – Просто слушай.

Расслабившись, я последовал её примеру. Кажется, понятно, что имела в виду Эвелина. Нужно было стать своего рода «приёмником», не излучая при этом псионику самому.

«Здесь явно нужен привратник…»

Шёпот повторился, а потом исчез. Осталось только гудение Пульсара.

Я сделал шаг в одну сторону, в другую. Оценил разницу, попытавшись найти точку, из которой идёт звук. Судя по источнику, сам по себе Пульсар был небольшим, наверняка не больше футбольного мяча.

Поэтому через несколько секунд я взял чернолунницу за руку и, кивнув, потянул за собой. Пацан сразу же схватился за руку Эвелины и засеменил следом за ней.

Прижавшись к стене, мы все втроём протиснулись вдоль источника шума, потом спокойно пошли дальше. Теперь я знал примерно, к чему прислушиваться, поэтому следующие Пульсары уже не стали для меня неожиданностью.

Голоса, конечно, немного пугали меня. Но мне и до этого уже приходили видения, и гораздо более страшные, чем какой-то шёпот в ночи. Да и обсуждать мои галлюцинации здесь было не с кем.

Мне казалось, что скажи я Эвелине о голосах, и она меня потащит силком под венец в ближайшую церковь Чёрной Луны, и даже обстрел солдатами её не остановит.

На самом деле меня больше напрягало другое – мы уже почти час блуждали по туннелям, обходя гудящие и медленно блуждающие Пульсары, и заворачивая в разные тоннели и проходы, но так и не встречали никакого намёка на выход в город.

Зато нам всё чаще стали встречаться помойники. Некоторые из них отскребали со стен и пола какой-то рыжий налёт, так похожий на ржавчину.

– Порошок счастья, – прошептал Хромой, спрятавшись за Эвелину.

– Лунная гниль, – Избранница едва не сплюнула, – Как можно до такого извратить природу магии?

Мы присели отдохнуть, наблюдая за монотонными движениями помойника.

Затем он наклонялся… и опять пара минут на раздумья. И медленными движениями сгребал оброненное с пола. Эта процедура повторялась медленно и бессчётное количество раз. Любой нормальный человек уже с ума бы сошёл от такого труда.