Книга обид Карак-Азум

— Мне уже не терпится подправить личико этим красавицам!

Азраи и гномы стояли друг напротив друга среди множества мертвых тел дриад, но не опускали клинков и не наступали. Каждый чувствовал неприкрытую враждебность.

Окинув Лианэля грозным взором, предводитель Громриловых кружек произнес холодным голосом:

— Я не знаю тебя, чужак. Зачем вы прибыли в Караз Анкор? Тебя прислали сюда, умыкнуть корону короля Феникса?

— Король Ултуана более не властвует над азраями, — сказал Лианэль. — Сегодня мы пришли сражаться не с гномами.

Разве мало тебе того, что мои следопыты помогли вам вновь одолеть врага?

Рихард Багман подался вперед, подняв свой топор. Другие рейнджеры тоже сделали шаг навстречу эльфам.

— Мы не нуждаемся в помощи эльфа на родной земле! Насколько мне известно, эти твари ваши сородичи!

Разиэль старался обуздать свой гнев. Перед ним стояли гномы, возможно одни из тех кто убил его брата при нападениях на Атель-Лорен. Он слегка натянул тетиву готовый в любой момент сделать выстрел.

— Если бы не приказ капитана, мы оставили бы вас на растерзание изменникам! — он гневно покосился на Лианэля. — Я ведь говорил тебе, что это плохая идея! Тралан не мог…

Лицо Лианэля стало жестким.

— Ты не знаешь, что мог древний, а что нет, Разиэль.

Следопыт надеялся, что не станет таким же, как те ожесточённые азраи, которых он видел перед началом Дикой Охоты. Борьба с Хаосом и Гражданская война в Ултуане перевернули всю жизнь эльфов с ног на голову. Они были не в состоянии справится с новым, таким непредсказуемым будущим.

Некоторые отправились в собственные фантастические миры, которые состояли из приятных воспоминаний прошлого. Многие из них так и не смогли вернуться к реальности и их души стали извращенными.

Советы Тралана казались не менее безумными… но не лишенными надежды на светлое будущее.

Обстановка накалялась. Каждый напрягся всем телом, готовый вступить в бой.

— О чём они говорят? — произнёс кто-то из гномов.

— Смерти нашей хотят, недоноски, — прорычал другой, оскалив зубы.

— Готовьтесь, братья!

— Стойте! — внезапно воскликнул Бьёри и яростью в его голосе заставила всех замолчать. — Хватит!

Рейнджер медленно вышел из толпы. Его взгляд был печален, но полон твёрдой решимости. Сердце забилось чаще, во рту пересохло. Он почувствовал эту ярость: воздух между соперниками дрожал от напряжения. В тот миг оба отряда были готовы сражаться и убивать.

Хирд и Фирд стали рядом с ним.