Книга 1 Маг. Мера силы ноль

Думать им вредно для душевного здоровья. Первушники – они и есть первушники. Ничего, если выживете, то я вас научу строем ходить.

Каждый час мы поднимались на бархан, чтобы оглянуться, и нам удалось обнаружить оазис. Вообще я заметил, что их тут достаточно много, и пустыня достаточно «живая». Осторожно приблизились к нему и в его тени отдохнули несколько часов и пополнили запасы воды. Часа четыре потратили на сон и ближе к ночи собрались дальше в дорогу. Я возобновил запас духа с помощью Дубины.

Этот позывной за ним окончательно закрепился, и он на него откликался. А потом я сверил направление с компасом, и мы пошли на поиск нашего каравана.

Передвигаться ночью в пустыне было в разы приятней и опасней. По дороге на нас напала какая-то ящерица, и я в первый момент подумал, что это гунганы, но нет. Погонщики без моего участия её уверенно закололи и развеселились. Проголодались, наверное. На одних сухофруктах не привыкли ноги волочить? Они её с собой взяли.

Я думаю, что если бы было с десяток таких ящериц, то всех бы и взяли. Выносливости хоть отбавляй. Вот и рюкзак я оставил Сухофрукту: пусть несёт, раз оружие держать ещё сил нет.

В прошлый раз мы по диагонали уходил от каравана примерно целый час. Так что должны были уже его пересечь.

– Глядите в оба, первушники. Упустите следы каравана, и я с вас шкуры сдеру.

Никто не стал у меня интересоваться, что, если вдруг караван тут не проходил, или его следы замело? Дисциплина мне нравилась.

Следы мы нашли. Их сложно было не найти, тут было всё истоптано. И караван тут шёл, и гунганы за ним. А затем и в обратном направлении. Надеюсь, командиров каравана гунганы уже прикопали, а то это сделаю я.

Поднялись и осмотрелись. А потом отошли метров на триста в сторону и шли параллельной «дорогой». Нарваться на патруль не хотелось, но выведать обстановку тоже надо: что там осталось от каравана.

Через три часа Дубина сообщил, что впереди гунганы.

Я ничего не видел, но после этой информации нужно было проверить. Я его похвалил, но явно поспешил. Вводную задачу выполнять он отказался. Не выполнять приказ командира в боевой обстановке – это, считай, что смертный приговор, только я не его командир, а он не мой боец.

В темноте они хорошо видят, и я попросил их обойти лагерь гунганов и узнать их численность, есть ли ещё гунганы поблизости или это только один лагерь.