Пробуди себя. Книга вторая: Шепот пустоты

Слегка подняв голову, я решил осмотреться. Рядом со мной виднелись огромные серые ступни орка, он лежал на спине раскинув руки, а у него на груди распласталась в позе звездочки Кира. Надеюсь, она не решила пьяной прыгнуть с площадки второго этажа на Хагала, и я не наблюдаю сейчас последствия...

Влада и Вали нигде не было. Ни на диване, ни у камина или у стойки разделяющую гостиную и кухню.

— Проснулся? — раздался с кухни голос молодого парня, а затем яркий свет ударил откуда-то из-за спины.

Запрокинув голову, я поморщился, но увидел медленно разъезжающиеся огромные шторы на панорамном окне высотой в два этажа с видом на город.

— Жека, чтоб тебя, светло же, — прошипев от неприятного ощущения обратился я к беловолосому парню.

— А это тебе за вчерашнее...

«Убей его! Разорви урода! Слишком белый! Слишком!»Вот заладил! Да как избавиться от этого голоса в голове?!

Тем не менее я постарался вспомнить, что было вчера. К сожалению, мы веселились так активно, пили так много, что вчерашний вечер выветрился у меня из головы подобно городскому бюджету вовремя распила чиновниками.

— Ничего не помню, а что было? — спросил я хрипло.

— Совсем не помнишь? Ну ты даешь, — сказал парень, отпивая кофе, — Вы пытались нарядить меня в женскую одежду, а сестру в мужскую...

— Зачем?

Я немного завис от этой информации, и попытался тихонько отодвинуться от Ингрид дабы не разбудить ее. Получилось. Подсунув вместо себя подушку, мне удалось заставить ушастую сжать ее в объятьях, а самому выползти на свободу.

— Хотели посмотреть, перепутают ли близнецов, — смотря на то, как я ползу, Жека вздохнул, видимо вспоминая вчерашнее.

— И как, узнали?

Я оперся на стойку и подтянулся помогая себе стоять. Голова раскалывалась, а надоедливый шепот никак не унимался, лишь добавляя мне больших мучений. Какой же я везунчик, мать его...

Прежде чем ответить Жека замялся от смущения, а затем обреченно вздыхая честно ответил:

— Нет, не узнали, даже пытались познакомиться.

В его взгляде застыла обреченность и страдание, а еще потерянность. Видимо для него вчерашняя наша попойка была тем еще ударом по молодой не окрепшей психике. Мне, даже, стыдно стало за это. Хотя все равно ничего не помню.

— Бли-и-и-н! — протянул я, держась за голову, — Прости, я даже не помню подобного.