Осколок духа

С хрустом обмяк левый враг — Вэл обрушил крупный камень ему на череп. Ударом колена я откинул второго навзничь и ударил сверху, с силой крутанув кистень. В ноги мне прошел невысокий смрад с мерзкими проплешинами по всему телу и, прежде чем я успел отскочить, вонзил зубы прямо мне в голень. Боли почти не было, или я не почувствовал, но ногу словно сжала сильная рука.

Выхватив шило, я несколько раз ударил врага в загривок и тот, захрипев, обмяк.

Вэл, подхватив выпавшее копье, вогнал его в глаз следующему врагу, и атака захлебнулась.

Нападающие запаниковали и бросились прочь, спрыгивая или падая на землю.

А за нашими спинами раздался первый предсмертный вопль — многоножки набросились на принесенные им жертвы, резкими движениями выхватывая куски мяса из вяло шевелящихся тел. Пение продолжалось и, с аккомпанементом из многоголосого свиста, стрекота и воплей, создавало невероятную какофонию звуков, разрывающую мозг.

… ам… жна… оре! — Вэл что-то сказал, указывая вглубь пещеры и потянув меня за рукав.

— Что-что? — я понял, что мы будем спускаться, и привязал свое оружие обратно на пояс.

— Если там река, то она должна течь в море. Пока смрады отвлекли свистунов, надо это проверить.

Я кивнул, но почти сразу замер и выругался. То тут, то там светящуюся поверхность пересекали темные тени. Многоножки стекались на шум со всей пещеры. Некоторые небольшие, от полуметра, другие длиннющие, под три-четыре. В поле зрения их было несколько десятков, не меньше.

И еще этот мелодичный свист... Теперь он внушал животное отвращение, поскольку мы знали его происхождение.

— Идем, идем. Пока они отвлеклись, у нас есть шансы.

И не поспоришь. Я подхватил лежащее неподалеку копье и двинулся на спуск вслед за братом. От валяния по мху он светился как причудливый факел, да и у меня видок, наверное, был не лучше.

Едва оказавшись на земле, мы нос к носу столкнулись с небольшой многоножкой.

Она мчалась мимо нас, тоненько посвистывая и скрежеща жвалами. В нескольких метрах она на секунду застыла, а затем пронзительно зазудела новой незнакомой интонацией. Вот мерзкая мокрица! Мы бросились было к ней, чтобы угомонить, но из-за камня показалась вторая, несравненно более крупная и устремилась прямо к нам.

Бежать по каменному крошеву — верный способ переломать себе ноги, так что мы ощетинились копьями и замерли в ожидании.