Аспект жадности

— И мне показалось, что твоя улыбка, какая-то натянутая…

— О, милый Калидус, наверное, из всех богов, только ты можешь понять, когда меня что-то печалит, — мигом изменившись в лице с грустной улыбкой произносит Лилиен.

Слегка напряженно оглядевшись по сторонам, девушка подкатила свое кресло ближе к парню и нагнувшись прошептала:

— Калидус, прошу, сохрани то, что я тебе скажу в тайне!

— Тогда, логичнее вообще мне ничего не говорить, — пожимает плечами поправляя очки.

— Не могу, это тяготит меня, и если с кем-нибудь не поговорю, то боюсь не смогу совладать с собой! — вымученно произнесла девушка.

Она медленно проводит рукой по щеке Калидуса, заставляя его покраснеть.

— Хорошо, я тебя слушаю. Что случилось?

— Я… я устала, Калидус, — и опережая вопросы, Лилиен жестом останавливает Калидуса, — устала от того, как мы бросаем миры. Понимаю, было много подобных, и не в первый раз мы делаем это, но именно сейчас внутри меня зарождается сомнение… Это тяготит меня, лишает самообладания и хладнокровия.

— Что?! Но как?! Ты ведь умрешь! — воскликнул удивленно парень.

— Знаю, но так будет лучше, чем всю жизнь убегать, оставляя за собой лишь смерть и Тьму…

— Это все моя вина! Если бы я мог изучить Тьму, понять… Она поглощает эфир, меняет его по-своему. Моя техника просто не работает там, и я не могу подойти ближе.

— Не вини себя, милый Калидус, все хорошо.

27 октября 2042 года

Россия

Колпино

Городской сад

Наконец-то портал выпускает нас обратно в этот мир. Стоило лишь сделать шаг по зеленой траве, как на нас мигом обращаются любопытные взгляды новичков. Кто-то смотрит с интересом, другие с некой злорадностью ожидая, что мы перепуганные монстрами внутри портала не сможем совладать с собой.

Хрен там!

— Я ненавижу тебя, Артем! Ненавижу, твою мать! — кричит Женя на весь парк.

— Да успокойся ты! Ничего ведь не произошло!

— Да убить меня могли, чертов ты имбецил! — тычет она своим пальцем мне в грудь.

Мы остановились у самого выхода из огороженной забором зоны портала. Охранники смотрят на нас с любопытством, при этом сдерживая улыбки от лицезрения внешнего вида рыжей.

Перепачканная грязью, остатками гниющей плоти и костяной крошкой, она, краснея от злости продолжает кричать на меня, стараясь выплеснуть накопившиеся эмоции.