Катализатор. Серебряный Сумрак

Те, кто до сих пор тусуется на концертах. Правда, концерты они обычно предпочитают другие.

Стоп. Фанатами «Хвост трубой» и в лучшие-то времена были сплошь девчонки-подростки. Это же не бардовская песня, где «любовь» традиционно рифмуется с «кровь».

Тогда что здесь делает эта… подтянутая дама в джинсе? И вон та, в кожаной куртке? И тот худой дядька лет тридцати с тощим хвостиком? Длинным таким. А вон тот серьезный мужик? Таких эта группа не интересовала и в школьном возрасте.

Засада! И довольно грамотная.

Ну и что? Не все же местные зрители – подставная массовка (вот счастье-то нежданное полузабытому «Хвосту» привалило!).

Наверняка больше половины – настоящие. Так и Инна – настоящая. Главное, не бояться. Позорно струсивший паникер теряет всё. И с гарантией погибает, даже когда есть еще все шансы спастись.

И от странных теток и дядек шарахаться нельзя. Или наоборот – можно? Прежняя Инна уж точно не выбрала бы их в товарищи по тусовке. Да и они ее – вряд ли.

Прежняя вообще не тусовалась.

И на такие концерты не ходила. То ли не успела, то ли… не успела.

- Эй, ты!

Парень лет двадцати. Чуть меньше, чуть больше – расплывчато. Бледный. Красивый. В глазах – бездонная глубь южной ночи…

Слишком красивый. И слишком

бледный.

Ах ты черт! Как раз ведь только что злилась: этих еще здесь не хватало! А потом отвлеклась на странных зрителей без клыков, и сразу – на тебе.

И ведь даже не отшатнешься! Рядом «тетки» и «дядьки» - «фанклуб» «Хвоста трубой».

Ничего нельзя. Обычные люди не отличают почти бессмертных Детей Ночи от себе подобных.

- «Эй, я»? И часто ты так знакомишься? – прищурилась Инна.

- Часто, - сдержанно усмехнулся он. Нечеловечески. Сумрачные глаза – близко-близко.

В такой темной ночи хочется раствориться, стать ее вечной, бессмертной частью… Что?!

Черт бы побрал вампирское обаяние! И то, что здесь нельзя ставить дополнительный щит!

А парень уже рядом - чтоб этих острозубых с их скоростью! Резко обнял за плечи, губы (без клыков! Их сейчас не видно.

И в толпе он не посмеет!) – близко-близко… ткнулись в ухо!

- Уходи отсюда. Быстро!

- Ты…

- Молчи!

И вот они уже в обнимку пробиваются сквозь толпу. Парень, кося под пьяного, что-то бормочет об Инниной необычайной красе. Она сама в меру загадочно улыбается. Двое идут по личным делам. То ли домой, то ли в ближайшие облетающие кусты…

Удаляется безголосый писк бывшей группы-однодневки. Однодневки… Инна и не думала, сколько у нее общего с «Хвост трубой».