Дорога Висельников

только зачем? Этобеднякам и неудачникам, да еще уродам нужно искать общества нечисти, чтоб урвать долю удачи. Но у отца все было от рождения и по праву! По праву рождения... а о моем рождении говорят, что здесь дело нечисто. И вовсе не потому, что родился я вне брака.

А ведь отец знал,знал об этих разговорах и делал все,чтоб они до меня не дошли! Эти дураки болтали, что, если их услышат, то высекут или даже повесят. А если отец кого-то обещал повесить, он это сделает. Может, уже и делал прежде, потому что раньше я ничего такого не слышал.

А чтоб я сделал,если б услышал раньше, сопляком еще?Наверное, заплакал бы. А потом пошел бы к отцу и спросил: правда ли, что вы с матерью служили сатане, и он за это послал вам меня?

Но я уже был почти взрослый, уже убил своего первого врага, и кое-что начал понимать. Отец вызнал бы, откуда я про это прослышал, а я вовсе не хотел, чтоб Вик и Ник, какие они ни есть дураки, болтались на воротах замка. Хотя высечь их было бы полезно. Но для этого найдется другая причина.

А еслиих повесят, люди уж точно поверят, что я - дьявольское отродье. Хотя, если б я был таким, отец Гильдас ни к мессе бы меня не подпускал, ни к причастию. А он очень давно живет в замке, еще со времен деда Рупрехта, был здесь, когда я родился, крестил меня, и матушка наверняка ему исповедовалась. А ее похоронили по христиански, в освященной земле,пусть и не в родовом склепе. И отец исповедуется ему до сих пор. Нет, исповедь есть тайна. И я не пошел к священнику. И к отцу тоже не пошел.

Кроме них, я мог узнать о том, как все было, только у Давины. Если она пожелает ответить. Впрочем, если не пожелает, это тоже будет ответ.

У Давины, единственной из женской прислуги, была своя комната - под самой крышей замка. Туда вела такая крутая лестница, что я изумлялся - как она при своих летах и толщине,туда взбирается. А она отвечала - зато без дела к ней никто не потащится.Я у нее бывал не раз и знал, что никаких ужастей, каких ожидают от жилища ведьмы, там не водится. Никаких черепов, жаб, летучих мышей, черных котов и сушеных змей.

Или это не ведьмам, а чернокнижникам положено? Если там и было что сушеное, так это травы, которым пропахла вся комната. А Давина сидела за столом и разбирала их на кучки. И не подняла головы, когда я вошел.

-- Давина, - спросил я, - ты - ведьма?

-- А , - произнеслаона спокойно, - до тебя, наконец,дошли эти слухи... Ведь говорила я твоему отцу - лучше тебе все рассказать, а не оберегать до бесконечности.