(не)святая

От бесконечных стонов раненых в лазарете, от остекленевших мертвых взглядов учеников, которые не смогли справиться с полученными травмами, от растерзанных тел студентов, которых с каждым днем становилось все больше, от невозможности вырвать у монстров их останки, чтобы хотя бы было что хоронить, от отсутствия результата, от безнадежности... Наверное, даже от жизни.

Я давно уже сдался. Но теперь плюс к этому мне захотелось умереть. Если это единственный способ, чтобы перестать наблюдать все, что творится вокруг — я с радостью на него пойду.

Ведь именно это светит мне за отказ от обязательств — обвинение в измене и, скорее всего, смертная казнь. Думаю, Асеир расстарается и добьется от короля именно этого наказания для меня.

А мой поход к монарху — это просто очистка совести. Чтобы сам себя я смог убедить в том, что сделал все, что в моих силах.

— А ты понимаешь, что за эти три месяца Зона продвинулась на несколько километров? Так быстро она еще никогда не разрасталась! Ты понимаешь, что, возможно, это наш последний шанс, что уже до следующего даже подозрения на всплеск мы просто можем не дожить?

Монарх повысил голос.

Обычно ему это не было свойственно. Видимо, ситуация и впрямь совсем критичная, но... Плевать! Я больше не могу. Лучше посвятить оставшееся время близким и любимым людям, чем сражаться за пустые надежды, за ложные предсказания и прочую дребедень. Думаю, это будет лучшее времяпрепровождение для всех. Не только для меня.

— Хорошо. Я согласен, — король с надеждой и недоумением посмотрел на меня, но, услышав продолжение фразы, только обреченно вздохнул, — согласен с обвинениями Думеина.

В предательстве. В измене. В подрыве государственной власти. В препятствовании процветанию и стабильности нашего королевства. Я все назвал, в чем он меня обвинил? Если нет, добавьте сами. Я все подпишу. Лучше на плаху и вечный покой, чем бесконечные смерти и кровь вокруг.

— Потерпи немного, — устало сказал король, неожиданно проявив не агрессию, а сострадание, — все мы устали. Но у нас действительно нет больше вариантов.

— А я не считаю, что это вариант. Не верю, что у нас с этой затеей есть какие-то шансы. Ели б верил, не стал затевать этот разговор, — я не собирался идти на уступки, — все, терпелка кончилась. Я больше в этом не буду принимать участия. Хотите, снимайте меня с должности, арестовывайте, пытайте, казните... На все ваша воля. Но заставить меня заниматься этим вы не сможете.

— Три дня, — бросил король, когда я уже развернулся, чтоб уйти.