(не)святая

По безнадежному пути

По непонятным мне приметам,

Пусть повезет тебе найти

То, что, сгорая, станет светом...»

Моя любимая группа «Би-2» как всегда в тему.

Я уже не понимала, сколько времени длится мой безнадежный путь. Дни сменяли друг друга, складываясь в недели, в месяцы. После второго я перестала считать. Поняла, что все бесполезно. Скорее всего, я отсюда не выберусь.

Если б в этом месте были люди или хоть кто-то, кроме агрессивных монстров, я бы давно уже их встретила. Я уже не верила, что найду что-то. Просто упрямо переставляла каждый раз ноги, двигаясь всегда на север.

Думаю, это все же ад.

Сколько всего я повидала за это время, сколько чудовищ повстречала — не счесть. Теперь я умею их убивать особенно эффективно. С одного выстрела или удара ножа. Я предпочитала последнее, так как экономила пули. Зачем? Не знаю, вдруг мне бы встретился какой-нибудь новый вид животного-мутанта? Все население этой пустыни были животнообразные, похожие на зверей, птиц, насекомых и даже рыб. Эта информация никак мне не помогала, но почему-то я обратила на это внимание.

Разнообразные твари встречались на каждом шагу. И я уже перестала удивляться их разнообразию. Я вообще перестала удивляться чему бы то ни было. И радоваться перестала.

Только мой маленький змееныш приносил мне хоть какие-то позитивные эмоции. Хотя он сильно вырос. И маленьким его не назвать даже с натяжкой. Более того, по ощущениям он быстро прибавил и в психологическом возрасте, из ребенка превратившись, скорее, в ответственного подростка.

Мы с ним прекрасно ладили. Общались не с помощью слов, а посредством передачи ощущений друг другу, иногда даже визуальных образов.

Я научилась видеть его глазами, что было иногда полезно. Например, разведывая местность. Хотя чем дальше, тем менее актуальным это становилось. Ведь я менялась. Не знаю, что привело к этому. Возможно то, что, когда у меня закончился сухпаек и вода, я начала есть мясо убитых мной монстров и пить их кровь, которая, как оказалось, отлично утоляла жажду. Позже у меня даже появились вкусовые пристрастия, и частенько мы со змеем специально охотились на более вкусные экземпляры.

Единственное, мы никогда не трогали других змей. Правда, и они на нас не нападали. Эдакая межвидовая солидарность. Встречаясь с этими хладнокровными пресмыкающимися, мы останавливались, мой малыш о чем-то с ними общался, и мы спокойно расходились. Наверное, это забавно выглядело.

Остальные твари по мере роста моего змея тоже стали нападать на нас реже.