Хантер

Вместе с помощником проскакали они по утренним улочкам, пугая народ, и остановились у лавки с тканями, по словам владельца гостиницы лучшей во всем городе.

Возле нее уже покупатель был.

Хмурый мужчина с черными, почти как у йольфов, волосами, как-то хитро ото лба к вискам заплетенными, возле ног которого сидел большой волк, что фонил магией, словно сам колдуном был.

Завидев Малефика, мужчина этот опустил голову, но чувствовалось – страха он не испытывает.

Это удивило Рея – и йольфы-то некоторые его боялись, а уж люди…

Впрочем, скользнув по мужчине взглядом, глава рода Рантиэль успокоился: рядом с ним ведьмак стоял.

Навьи создания йольфов не интересовали. На Закатных землях они не водились, а уж то, что людям мешали, так это людей проблемы были.

Поэтому вернулся Рей к собственным мыслям о том, как сейчас заклинание полога пустит, убедится, что Ли тут и духу никогда не было, и обратно поскачет.

Правда, мысли больше не шли.

Что-то цепляло внимание Малефика. Отвлекало.

Рей еще раз скользнул взглядом по незнакомцу. Ведьмак как ведьмак. Самый, что ни на есть, ведьмачий. Тогда Рантиэль посмотрел на волка. Интересный экземпляр, однако, магией людской до ушей набитый. И чего только рядом с нечистью забыл? Но для йольфов зверь все равно был бесполезный – они от другого силы черпают.

Выбрав ткани, Малефик тонкими пальцами помассировал виски, а после ускакал прочь, бормоча что-то про солнце, которое точно сведет его с ума.

И лишь когда он оказался в прохладной тени своих снятых покоев, то вдруг кое-что сообразил.

Ведьмак-то может и был самый обычный, а вот магией от него весьма необычной разило – той же, что и от волка. Человечьей магией. И в остатке что-то еще ощущалось.

Что-то очень знакомое… нет, быть не может!

Рей прикрыл глаза, постаравшись вспомнить все как можно точнее.

Вот волк этот странный, силой яви под завязку полный, он-то внимание Малефика на себя и сместил.

Рей застонал.

Свою собственную силу он хоть спустя сотню, хоть тысячу лет признает. А это была именно его сила. Развеянная.

Как так вышло-то?

Поняв, что его предпочтения весьма специфичны, и отличаются от общепринятых, Рей не сразу, но все ж смирился. И принял самого себя с этим своим грехом, пусть и не до конца.