Хантер

А Усур, что слышал каждое слово, чесал свой изумрудный затылок, задумчиво глядя им вслед.

Глава 10. Ведьмачьи штучки

– Опять эти твои ведьмачьи штучки! – недовольно воскликнула Ли, когда они оказались в другом лесу.

Здесь было куда мрачнее, темно-зеленая листва влажно блестела, кругом царили мутные аквамариновые сумерки.

– Хм, – Хан прислушался, разыскивая верлиока.

К счастью, тот был совсем рядом, видать Усур постарался. И как раз по пути.

– Так что там на счет Реюшки? – скрестив руки, спросила Лионелла.

– Откуда ты вообще про проклятье взял?

– Сейчас с нечистью разберусь, тогда поговорим, – ответил Хан.

Девушка фыркнула и отвернулась – она все еще была обижена на Хантера, а в обиде своей часто бывала совершенно невыносима и до смешного упряма.

Ведьмак спрыгнул с лошади, бросил поводья эльфийской принцессе, достал свои кинжалы. Подумав, добавил к ним меч, на всякий случай. Как показала Дева Полдня – лишним не будет.

Сила верлиока, а значит и его опасность, зависела от срока, который он проспал, прежде чем на свет выйти.

Правда, Хан раньше только довольно слабых встречал, уж больно сон у них чуток. Потому и решил сейчас пойти на него – думал по-быстрому разберется, энергию лишнюю получит и благодарность местного лешего в придачу.

Бесшумно ступая, Хан пристально вглядывался в мрачную чащу леса.

Лошадь, вместе с эльфийкой и волком, остались у него за спиной, и краем уха слышал он, как Ильфорт перед Ли о ее красоте распинается, а та в ответ фыркает.

Дух верлиока становился все ближе, потому Хан невольно замедлился.

Еще пара шагов и он ступил в берлогу нечисти. Берлогой место называлось весьма условно – это могла быть как пещера, простая поляна, или заросли ольховника, так и самая настоящая берлога. Главное, что в этом месте не водилось обычно ничего живого, а кусты и деревья жухли да плесенью покрывались, потому что верлиоки жизнь со всего, что их окружало высасывали.

Вот и сейчас под сапогом ведьмака заскрипели, рассыпаясь прахом, черные скрученные листья, а ветки вокруг стали голыми, покрытыми полипами.

Даже свет изменился, словно Хан в навь ступил.

Ох, не к добру это.

Слишком много было здесь хмари верлиочной… куда больше, чем Хантер когда прежде видел.

Черная тень скользнула на границе зрения, и ведьмак едва успел уклониться от мохнатой лапы с кинжально-острыми когтями. А тень вновь исчезла, точно ее и не было.

Ого, похоже впервые ведьмак увидит сильного верлиока. Только бы он, разумеется, предпочел это «впервые» отложить.