Волчье отродье

Мои люди! За двадцать лет был всего один случай рождения вильдвера. Симпатичная рыжая девочка. Ее поймали на смене зубов. Но мои люди оказались удивительно нерасторопны, и семья успела сбежать в Полению. Представляете, какие ловкачи! Срезали кошель у старшего проверяющего, заплатили контрабандистам. И сбежали!

- А ребенок?

- Я забрала ее в замок. Но паршивка удрала. И спряталась так, что ее не сумели найти. Освальд ничего не знал, на костер через шесть лет рыжулька попала совершенно случайно.

Сестра Ридица – вильдвер! И мы это знаем, Ванесса!

- И Вы, так заботясь о бедняжке, что даже не предали нечисть Очистительному Пламени, через шесть лет не ударили пальцем о палец, чтобы помочь ребенку?

- К чему зря бить пальцы, святая мать?! Письмо, по которому примчались сестры, помните? Нет? Тогда я зачитаю его Вам дословно, а вы сверите по прибытию в Орден. У меня прекрасная память, комтура, ничего не забываю!

Маркиза подошла к громоздкому комоду и вытащила из-за него крайгмессер в простых ножнах.

- Как видите, я тоже люблю это оружие… Итак, святая мать, либо мы перестаем валять дурака, либо вы меня убиваете. Ну или я вас. Правда, против вильдвера в Облике шансов нет, но я попробую.

Комтура даже не пошевелилась. Она внимательно смотрела на маркизу, а затем рассмеялась.

- Признаю, вы меня переиграли, Барбара! Вы – достойная дщерь фон Фейербаха! Даже умудрились вызвать на бой вильдвера… Ладно, чего Вы хотите?

- Мне нужна неприкосновенность моих владений.

Ведь совсем скоро полыхнет, и мы обе это знаем. С вентами я разберусь сама! А вот дальше… В свою очередь, обещаю сотрудничество. Войска Сварги пойдут по землям не врага, но старого, хоть и тайного, союзника.

- Это измена, маркиза, Вы понимаете?

- Нет, это не измена. Это желание выжить самой и сберечь своих людей. И цена не имеет значения.

Леса на северной границе пацинакских степей.

Пламя жадно лизало сваленные кучей стволы, с хрустом пожирало обломки сучьев, бросалось в стороны, с шипением отвоевывая пространство у толстого, в человеческий рост, слоя снега, покрывающего землю, карабкалось по обрывкам коры и победно взмывало с верхушек хлыстов, освещая окружающий лес, добротные крытые повозки, пугливо всхрапывающих коней и лица людей, собравшихся у костра.

Суровые - мужчин, мрачные - женщин, необычайно серьезные - детей. Не было только веселых.