Дисгардиум 3. Чумной мор

Надо было что-то решать, пока меня не сплющило в этой гигантской скифовыжималке.

Что ж, к славе я не стремлюсь, ни к доброй, ни к дурной. Сила не помешает, но у меня с ней вроде бы и так все неплохо…

Игги завизжал на грани ультразвука, мечась между мной и надвигающейся стеной, которая ускорилась, преодолевая, по моим прикидкам, по метру в секунду.

Времени на колебания не оставалось. Прервав размышления, я решительно надавил на блок с «Путем отваги». По плите сверху вниз беззвучно пробежала узкая полоска света, оставляющая после себя совершенно иную поверхность с угасающим сиянием.

Плита изменилась, преобразовавшись в створы врат, выполненных из матового синеватого металла. Он казался полупрозрачным, но разглядеть, что за ним, не удалось, да и не до того было.

Я быстро вернулся к рычагу в стене, потянул его на себя, и тот поддался. Сзади с нарастающим рокотом надвигалась стена, грозя нас размазать. Врата беззвучно раскрылись, я сделал шаг, доехавшая стена придала мне ускорение и с грохотом врезалась в ту, где были врата, перекрывая обратный путь.

Когда осела пыль, моему взгляду открылся просторный зал с высоким потолком и белоснежными мраморными стенами с играющими бликами. И абсолютно пустой. В ширину шагов сто и столько же в длину. Пол в виде шахматной плитки, как в коридоре, и очень высокий небесно-голубой купол, с которого равномерно лился мягкий свет. Присмотревшись, я увидел в каждой клетке пола вертикальную линию, неидеальную, будто процарапанную когтем.

И что делать?..

Ответ пришел скоро.

Сокровищница Первого мага

Путь отваги

Едва дочитал, буквы взорвались разлетающимися каменными осколками, но ни один не долетел до меня. Через мгновение обломки зависли в воздухе, а потом, все больше ускоряясь, вернулись на место, снова собравшись в текст, только уже другой:

Отважному воздастся!

Да пройдет 99 шагов идущий!

Буквы задрожали, затряслись и снова взорвались, теперь превратившись в исчезающую пыль.

– Идущий путем отваги! Шаг первый! – торжественно объявил суровый мужской голос.

Он доносился, казалось, отовсюду. И человеческого в нем слышалось мало – гласные проглатывались, словно речевой аппарат говорившего не был приспособлен выдавать подобные звуки.

– На всякий случай приготовься, Игги. – Я похлопал иглокола по колючей спине и подобрался.