Ангелы моих снов

Приблизившись, Дасти снова выстрелил – и чуть не споткнулся: феникс, лежавший плашмя, разбросав сломанные крылья, вдруг резко приподнялся – в момент, когда Зверь инстинктивно оглянулся на трескучую очередь из пулемёта. Тонкие сильные руки легко мелькнувшими молниями взлетели вверх и ударили мечами-молниями в брюхо Зверя. За секунду до удара Зверь, кажется, абсолютно уверенный, что феникса он убил, бросился в сторону Дасти и дохлестнул языками до воина. Дасти сильно грохнулся, сбитый с ног. В эти мгновения он клял на все корки своё нынешнее тело, чуть не плача от его неуклюжести и грузности.

Следующая очередь ушла… Дасти не поверил глазам, которые тут же пришлось опустить и зажмуриться, потому что на лицо упал ливень! Следующая пулемётная очередь ушла в низкое, подвижное небо! В ливневые струи! Шатёр исчез!

Всё так же неуклюже переворачиваясь, кривясь от боли в ушибленном теле и постанывая, он ещё издалека увидел: туша Зверя, с торчащими из него сияющими мечами Исира, валяется, содрогаясь в предсмертных конвульсиях, прямо перед ним, а к фениксу подбежал Дэй-Асс, склонился над ним и вдруг отпрянул.

Подрагивающая туша, с обмякивающими хвостом и языками, мешала воину разглядеть, что именно происходит. Он со стоном поднялся всё-таки, опираясь на локоть.

Вокруг Исира появилось странное свечение.

- Дасти!! – срываясь, закричал Дэй-Асс. – Сюда! Быстро! Он уходит!

И опять каким-то чутьём, помогающим ему в последнее время понимать происходящее, воин понял, что умирающий феникс уходит в межпространственные коридоры и что надо поторопиться… Надо догнать мага и феникса… Он было рванул с места.

Пронзительная боль ударила по позвоночнику.

- Дасти-и!!

Он даже подняться на ноги не мог. Только отчаянно тянулся наверх. А тело старика не подчинялось. И он только смотрел – смотрел, как Дэй-Асс, чуть не плача, всё ещё крича его имя, поднимает беспомощное тело феникса и постепенно пропадает вместе с ним в таинственных магических коридорах.

И всё… С надрывным последним вздохом распласталась на площади туша сдохшего Зверя, и после нескольких ударов сердца Дасти, поднявшийся и стоящий, покачиваясь, смотрел, как она медленно разваливается на части, словно давно сгнившая, а над этими частями начинает дымиться парок, который даже сильные струи дождя не могли прибить к земле… И только где-то в глубинах души еле тлела греющая мысль: не будь его, Дасти, удара, смог бы Исира убить Зверя?

Брошенный.

В чужом мире. В чужом времени.