Энеата. Воин и Солнце

Видишь вот те руины, на склоне холма вдалеке? Там когда-то был город, но от него мало что осталось. Люди говорят, что всех его жителей убил один крик Эадиву. Глупость. Присмотрись, божественная – эти стены разрушены не временем. Их пробили тараном. Город разграбили захватчики, дураку ясно. Это было очень давно, ещё до того, как появились многие из городов Великой Реки. Это просто старая, старая сказка, дорогая Аарка.

- Но ведь Эадиву - не сказка? – отозвалась Зара.

- Слушай, если одна оказывается правдой, то это не повод сразу поверить во все остальные! Послушай, дорогая Аарка, я бы…

- А я чувствую там жизнь, - удивлённо произнесла Зара, вглядываясь в темнеющие развалины.

- Разбойники часто… м… гнездятся там. Видимо, и сейчас. Но у нас достаточно стражи, они не сунутся к нам.

- Диви, ты же не думаешь, что меня пугают разбойники? Ох. Эти быки еле ползут, - ловко соскочив с телеги, Зара-Аарка качнулась, подняла руки в странном жесте, расчертила в пряном вечернем воздухе светящийся узор.

- Нет-нет! –возмутилась Дивияра.

– Ты испортишь моих животных!..

- Улучшу, - хихикнула Зара, дочерчивая последний знак. – Теперь они не почувствуют усталости. Вот и всё. Не подведи меня, жрица. Вперёд!..

Быки помчались бегом, словно их что-то гнало, и Дивияра только успела плюхнуться на дно повозки и вцепиться в её край, чтобы не упасть. Зара рассмеялась вслед, дождалась, пока обоз скроется вдалеке, и, развернувшись, зашагала к руинам в скалах.

Солнце давно скрылось за горами, но теперь и бордовые отсветы заката угасали.

Зара шагала в темноте, ничуть не смущаясь и не боясь – глаза Луны Ахарта видели во мраке яснее, чем среди дня. Туман поднимался от земли там, где ступала нога колдуньи, отпугивая от неё всё живое – ни один хищный зверь или ядовитая гадина не посмела бы даже приблизиться, чуя опасность, исходившую от одинокой путницы. Даже тучи гнуса, вившиеся над каналами, разлетелись прочь, спасаясь от Зары.

Голоса ночных птиц и стрекотание насекомых умолкли, поддались расползавшемуся по долине страху.

Зара стремительно шла к разрушенным когда-то домам, и едва колдунья ступила на занесённые песком и пылью остатки древней мостовой, над пустынной округой пронесся пронзительный зов:

- Эадиву!..

В ответ раздался громогласный рык, накрывший все окрестности, расшугавший ночную тишину. Птицы в испуге срывались с места, вспархивая из зарослей кустарника, со всех ног мчались прочь антилопы, казалось, даже сухой западный ветер, дувший прежде, стих. Зара смеялась.