Memento mori

Судовой врач временно снял его механический протез, покуда не заживут раны, но видно было, что Гизберт и одной рукой управляется вполне уверенно. Мне же оставалось делать вид, будто я тут совершенно ни при чём и не поднимать глаз от тарелки.

- Хватит, - звякнул о край своего блюда Рамирес, когда мы почти покончили с трапезой, хотя видно было, что Гизберт ещё не совсем заморил червячка и съел бы с удовольствием ещё что-нибудь. – От официала я ничего добиться не могу, потому спрашиваю у тебя, мечник. Кто ты, чёрт тебя подери, такой?!

- Гизберт, - напустив на себя явно привычный ему равнодушный вид, пожал плечами мечник, - по крайней мере, так нарекли меня.

Какое имя дали при рождении не ведаю, но крещён был под этим.

- Прекрати издеваться, - насупился Рамирес. – Ты думаешь, что можешь играть со мной в эти игры? Зря! Я видел всё, что случилось на арене. Что ты за монстр такой?

- Если бы ты не торчал на палубе всё время, я бы тебе уже рассказал, Рамирес.

Я намеренно обратился к нему по имени, хотя отлично услышал, как он назвал меня официалом.

Капитан хотел отгородиться от меня, от нашей прежней почти дружбы, но я снова пытался сократить дистанцию.

- Да нет уж, тебе больше веры нет, - отмахнулся он. – Пускай этот тип мне всё сам рассказывает.

- Ну, раз жратвы больше нету, то можно и потрепаться, - кивнул Гизберт, - если только не усну. Меня после еды всегда в сон быстро клонить начинает.

- Хватит! – треснул кулаком по столу Рамирес. – Или ты начинаешь сейчас же, или я велю и тебя, и официала вышвырнуть за борт – и будь, что будет.

- Если думаешь, что до его судьбы мне есть дело, - Гизберт указал обрубком руки на меня, - то ошибаешься. Но раз уж захотел, то давай расскажу. Тебе какую версию – полную или покороче?

- Давай уж короткую, - несколько успокоился Рамирес. – А то и в самом деле уснёшь ещё за столом.

- Тогда не стану рассказывать, как я дошёл до жизни такой, - кивнул Гизберт. – Думаю, тебе будет более интересно то, что случилось в Страсбурге.

Так вот, тамошний инквизитор, отец Мотгиз, слегка слетел с катушек на почве мучений еретиков и всего в том же духе. Ну, ты же кастилец, думаю, тебе известны подобные случаи. И вот в городе, охваченном чумой, с которой толком никто не боролся, потому что все искали еретиков днём и ночью, а мертвецы исправно поднимались по утрам, чтобы собирать кровавую жатву, он чувствовал себя как рыба в воде. Ей-богу, не лгу ни единым словом.