Плюмагна. Надвигающаяся буря

По крайней мере, "тараканья каша", возможно благодаря наличию в ней риса и даже кое-каких специй, напомнила по вкусу калирийский плов.

Наевшись, на что троице, вместе с хозяином, действительно понадобилось почти всё угощение, Хнан заговорил:

— Видят звёзды и не дадут мне солгать. Вы готовите просто восхитительно, хозяйка, и ваше гостеприимство достойно наивысших похвал. Пророк учит, что следует всегда воздавать должное за доброту любому, кто разделил кров и пищу с путником...

Капибары задумались от слишком большого количества необычных слов.

Но вскоре Мордач, хихикнув, сказал:

— Вы так смесьно говоите. Но кьясиво!

— Лишь хотел заверить вас, что польщён вашей добротой. У нас была трудная дорога по реке, и мы устали, а по пути ещё и оказались атакованы крокодилами.

— Кусячие злюки! — скривился хозяин.

— Не поспоришь! — ковыряясь в зубах палочкой, пожал плечами Тхрек.

— Не знаю, обрадует ли это вас, но мы смогли нескольких убить, включая Дикого Пожирателя.

— Уффф... Страшный! — в этот раз Мордач произнёс слово почти идеально.

— Сломал дамбу много раз! Спасибо. — После этого, видимо вспомнив, грызун спросил: — А куда вы идёте?

Теперь очередь задуматься настала у Фийхнана. Хоть он и знал с точностью до двух шагов место, куда вёл его зов Гэбриэла, верного ответа и не было.

— В Тациту, что в империи Бакирис.

— Прямо в логово грифона! — усмехнулся Тхрек. Урслак же продолжал молчать.

— Далеко, — понимающе кивнул Мордач.

— Верно. Скажи, а есть у вашей деревни старейшина или староста?

— Старсий! — пискнула Плосконоска.

— Позьвать? Музь!

Не дожидаясь ответа, грызун соскочил с того пуфика, что случил ему сиденьем, и шустро умчался в деревню, оставив гостей, включая и до того слишком занятого жалостью к самому себе второго орка, со слегка отвисшими от удивления ртами.

— Быстрый он! — заметил Тхрек. Плосконоска на это загадочно захихикала.

Спустя несколько минут маленькие лапки застучали по ступенькам подъёма, и вместе с хозяином на площадку вышел седошёрстный самец.

Заметив Фийхнана, он удивлённо воскликнул, едва устояв на задних лапах:

— Ты!

Глава восемнадцатая. Будто кто-то сомневался...

Исторически сложилось так,что Люпия стала имперской провинцией одной из последних.И хотя она входит в Бакирис уже порядка двух сотен лет,местные жители продолжают считать себя кем-то большим,чем просто гражданами империи.Некоторые утверждают,будто это как-то связано с близкими политическими взаимоотношениямиЛюпии и магократии Хест...