Плюмагна. Надвигающаяся буря

Перворожденный всем видом показывал, что не одобряет их поступок, но будто бессилен помешать.

— Вижу, ты знаешь эту историю. Вижу по твоим глазам, хоть ты и пытаешься изображать безразличие.

— Последние императоры. Двое братьев, убивших друг друга... — дотронувшись до мозаики, сказал Ке`Ан. — Они не хотели делить власть и наплевали на закон. А боги... Боги не хотели этого, но... Я не понимаю!

— Богам было больно, — ответил жрец. — Прямо на их глазах рушилось сотворённое ими чудо. Они отвернулись от обоих за отречение от истинных идеалов.

И когда Таталбан оказался завален горами тел, а песок залился кровью, только храмы оставались целы, ибо над ними стоял особый надзор Четырнадцати, и каждый, кто шёл туда грабить и убивать, падал наземь, но тот, кто искал пристанища, даже если был солдатом в той войне...

— «В тот день в живых остались только праведники!» — прочёл Ке`Ан вслух строчку у основания фрески.

— Ибо даже в потоках безумия должен оставаться островок разума. И наш обет велит нам оставаться им, вопреки любым трудностям.

Мы не вмешиваемся не из-за того, что не желаем вмешаться. Мы так поступаем, потому что храм всегда был пристанищем и убежищем для попавших в беду, но никак не полем боя.

«Не трусость, но долг. Не безразличие, но данное слово...» — думал полубог.

— Спасибо за уделённое время, Азмитар. Кажется, я нашёл ответ на свой вопрос.

— И каков ответ? — слегка поклонившись, спросил жрец.

— Ответ в том, что верного ответа нет и быть не может. Поэтому надо выбирать не тот, что верен,а тот, что имеет смысл.

Поэтому мой ответ: да!

Жрец тяжело вздохнул и сказал:

— Возможно, в вашем простом ответе скрыто куда больше смысла, чем кажется даже вам лично. В любом случае, если верования кочевников того не запрещают, я, от имени Четырнадцати, благословляю тебя. Хотя, полагаю, боги и так следят за тобой.

— И, наверное, готовы лопнуть со смеху!

Глава тринадцатая. Сомнительная благодарность

До становления империей, территория современной Бакирис была покрытамножеством маленьких государств, регулярно воевавших друг с другом,иногда буквально за пару деревень.

И хотя с тех времён прошло уже не одно столетие,лесные территории и отдельные провинции продолжают служить убежищемдля несогласных, потомков коренных жителей...

Таллус Шмидт «По кусочку от империи»

— А теперь по слогам: ше-во-ше. Не «шевош» или «шевоша», а именно шевоше. Запомнил?

Октавий вырвался из забытья. Наблюдая и слушая, он как-то успел позабыть, что эльф разговаривает с ним.