Сага о халруджи. Книга 2. Индиговый ученик

Верхушка местной власти гибнет под обломками случайно обвалившейся башни, наместником – пусть и временным, – впервые становится купец из Гильдии, а на улицах города вдруг появляется ослепший сын Канцлера, который не хочет возвращаться на родину. Боюсь, это привлекло бы слишком большое внимание Элджерона, а иметь дело с Бархатным Человеком мне совсем не хочется. Знаешь, чем занимается моя школа?

Арлинг помотал головой, готовый услышать ответ: «Продаем людей в рабство» или «Готовим уродов, отрезая им носы лезвием», но иман его удивил.

– Скажу кратко. Сохранение в тайне твоего происхождения совпадает с моими интересами. Я основал школу десять лет назад. Смешной срок для учебного заведения по сравнению с той же Самрийской Академией Торговли, которая в этом году отметит свое столетие, но мы успели завоевать репутацию в определенных кругах, и мне не хотелось бы терять клиентуру из-за вмешательства драганов.

Регарди открыл рот, чтобы попросить мистика выражаться яснее, но иман густо покрыл его лицо пеной.

– Так зачем я здесь? – сумел выдавить из себя Арлинг, прежде чем на его лицо накинули мокрую тряпку, которая должна была означать конец процедуры.

– Кажется, ты хотел прозреть, – деловито произнес иман, переходя к его волосам. Ножницы защелками в опасной близости от ушей. Решив, что он уже достаточно цивилизованно выглядит, и стрижку можно оставить на потом, Регарди попытался встать, но твердая рука мистика усадила его обратно в воду.

– Начинаю понимать, что смертным это не под силу, – ответил Арлинг, которому купание вдруг перестало доставлять удовольствие.

– Возможно. Но кто тебе сказал, что я смертный?

Иман рассмеялся, и Регарди стало не по себе.

– Ты упрям, сын Канцлера, только в тебе нет честности.

– Трудно играть по-честному, когда не знаешь правил.

– По тебе не скажешь, что ты привык к правилам. И к дисциплине. Кстати, твоя одежда пришла в негодность, и нам пришлось ее выкинуть.

– Вы слишком любезны, – Регарди изо всех сил старался быть вежливым, понимая, что общество имана нравится ему все меньше. – Не стоило себя утруждать. К сожалению, у меня нет денег, чтобы отблагодарить вас.

– Зато у тебя есть гордость, верно? Ее никогда не бывает слишком много. Лев может пробежать через огромное поле за пару секунд и даже не заметить этого.