Клан Пепельного Шторма: Изгой

Наконец, он с тоской сказал:

– Наверное, я безнадежный идиот.

После этого он взял ложку из рук слепой и засунул ее себе в рот. На губах Ри расцвела улыбка. “Я безнадежный идиот, который пьет неизвестную дрянь ради улыбки восьмилетней девчонки,” - мысленно добавил он. Хотя в глубине души был уверен, что Ри ничего не делает зря. А значит, это варево ему чем-нибудь поможет. Если она залечит шрам от ожога, будет неплохо. Наверное, нанести новую татуировку так будет легче. Рэм утешил себя этой мыслью и начал переодеваться к ужину.

Мирэ снова отсутствовал. Изысканный ужин омрачало то, что сегодня адептам снова предстояло отбывать наказание в катакомбах. Изгой надеялся, что после вчерашнего происшествия все будут начеку, а таинственный недоброжелатель не подготовил больше пакостей.

Когда адепты подошли к воротам, перед ними в багровой вспышке возник Юги Мирэ. Он окинул взглядом учеников, а затем ткнул Рэма пальцем в грудь:

– Ты-то мне и нужен!

Юноша удивленно посмотрел на учителя в ожидании продолжения. Мирэ отбросил со лба светлые пряди и добавил:

– Идите, отбывайте свое наказание.

Только ты спать не ложись потом, Рэм. У меня к тебе дело есть.

– Какое? - подозрительно спросил изгой.

– Расскажу позже, - отмахнулся Мирэ. - Мне нужен кто-нибудь с воздушной точкой силы и крепкими нервами. Ах, да! И девчонку с собой возьми, нам будет приманка нужна.

С этими словами он исчез в новой багровой вспышке. Юноши обескураженно переглянулись и вышли за ворота.

На этот раз к тварям из нижнего мира адептов не пустили.

То ли Фауту получил указание свыше, то ли сам решил не пускать туда адептов во избежание. Вместо этого он засадил их на весь вечер в большую комнату, испрещенную обрывками магических печатей и заполненную темными эманациями существ из нижнего мира. И заставил чистить пол и стены от кусков заклинаний, а воздух - от давящей ауры. Магией пользоваться разрешалось. Но ее понадобилось очень много. Рэм не знал, что делали в этой комнате. Но к тому времени, когда Смотритель милостиво разрешил адептам отправляться домой, у изгоя тряслись пальцы от перенапряжения, воздушную точку силы он чувствовал как будто через толстое покрывало, а магический резерв юноша исчерпал до дна.

Обратно они не шли, а медленно тащились сначала через темный учебный квартал, а затем - через жилой. Только у дома Рэм вспомнил, что учитель должен был взять его с собой. А его магия не успела восстановиться. Как и ожидалось, Мирэ был этим очень недовольен. Но вылазку отменять не стал.