Скользящий по Алитэ

Даже для дворянина (за исключением титулованной знати) получить приглашение на него было заметным успехом, а уж простолюдины из магистрата и богатейшего купечества считали желанный билетик на прием событием всей жизни. И были готовы заплатить за него очень многим – деньгами, услугами герцогской короне, преданностью.

Мажордом, выполняя приказание герцога, с трудом пристроил Карлайна у самой двери. Стоящие рядом удивлялись появлению на приеме молодого простолюдина, но узнав, скупо улыбались. Лекарь был фигурой очень нужной и за ним признавались некоторые привилегии.

Герцог меж тем занимался своими монаршими делами. Он ввел во владение нового владельца феода – старшего сына умершего барона де Хорна, принял клятву верности у нескольких подросших дворян, дал согласие на брак молодого шевалье де Виорна. Последнее действие было сплошной фикцией, но традиции требовали одобрения сюзерена. Решил несколько имущественных споров. Разумеется, до этого дела были обглоданы стряпчими, неплохо на этом подкормившихся, и рассмотрены судами.

Герцог уже ничего не мог сделать. Но традиция! Судебная тяжба считалась оконченной только после официального решения правителя.

Впрочем, Рандав VII все же был абсолютным монархом. Целый ряд решений о налоговых льготах, перераспределении феодов, назначении на должности были им приняты самостоятельно. Подсказки советников и происки заинтересованных лиц только делали решения для окружающих очень неожиданными, но подходящими самому герцогу.

Но самое неожиданное и сенсационное произошло в конце приема.

Запели фанфары. Глашатай провозгласил:

- Карлайн ибн Саади Кафар, герцогский и городской лекарь и субидар. Пройдите ближе к трону. В ознаменование заслуг и доблестных поступков, его светлость соизволил принять вас в герцогскую гвардию в чине сержанта.

Зал ахнул. Людская часть гвардии при нынешнем правящем монархе Рандаве VII играла самые разнообразные роли. Помимо основополагающей обязанности – быть отборным ядром армии Ламодийского герцогства, гвардейцы являлись телохранителями герцога.

Именно из гвардии черпались кандидаты на государственные должности. Новая традиция нигде не была прописана, но занять даже самый незначительный пост без службы в гвардии стало невозможно. Самые знатные дворяне не чурались прослужить год – другой рядовым гвардейцем, чтобы затем попроситься на освободившийся пост или просто уйти в отставку с правом ношения мундира и наслаждаться жизнью с репутацией «верного человека» в глазах монарха.