Демон Ночи

Он смотрит на меня и говорит: — Константин, нашего Бойко не нашли рядом с убитым Драконидом. Так что все твои фантазии насчёт отрубленных голов — такое себе объяснение.

Что?!

В смысле, не нашли?!

Я стараюсь держать себя в руках и даже веком не дёргаю, чтобы не выдать своё удивление.

— Но это не моё дело, что там тебе Бойко пообещал и наговорил, что ты его так «прикрываешь», — продолжает Городецкий. — В любом случае Пятый, как и Тридцать Шестой, будут изгнаны из Организации Охотников на Монстров. Да, мне жаль, что всё так выходит и что Охотники таких рангов теперь не с нами, но Кодекс нарушать нельзя.

Мы не собираемся вести войну с Японской империей из-за двух представителей нашей Империи, которые не в состоянии исполнять простые приказы. Закон для всех одинаков: будь ты Королём охотников-ловцов или охотников-убийц, будь ты Низшим охотником-ловцом или охотником-убийцей. Это нужно понимать, это нужно уважать и принимать. А Бойко и его Неуловимый дружок-ловец решили без официального разрешения прокачаться в соло на чужой территории, как будто своих Критических Точек мало. При этом рассчитывали, что им всё сойдёт с рук. Думаю, мы поняли друг друга.

Наверное.

То есть да, я понял, но мне до сих пор не ясна моя личная судьба в ООМ.

— А что насчёт меня? Я ведь тоже был в Критической Точке по коду Три-Двадцать-Двадцать.

Виктор Степанович улыбается.

— О, ты уже такие вещи знаешь. Я приятно удивлён. Молодец, парень.

— Витёк, не увольняй парнишку! — становится гремлин на колени, да так, что переворачивает салат оливье.

— Да ёперный бабай. Сука, прости. То есть не ты сука, а салат… то есть не сам салат, а моё отношение к нему после того, как я его перевер…

— Я тебя понимаю, Псих, — спокойно перебивает Городецкий. — И нет, Константин не «уволен», — смеётся мужчина и смотрит на меня. — Ты будешь и дальше работать и учиться в нашей Организации Охотников на Монстров и в закреплённой за ней Школе.

Да ладно!

Вот так просто.

Я продолжаю молчать, чтобы не сбить Городецкого с его приятных новостей для моих ушей.

— Вижу, у тебя первого появилась печать на правой руке, — вдруг выдаёт Безумный охотник-ловец десятой стадии, причём делает это так спокойно, будто смотрит на очередной пустяк. — Это уникальное зрелище. Признаюсь, за свою карьеру ни разу подобного не видел. Но Синий Шар не ошибается и раздаёт печати правильно и в правильном месте. Поэтому как есть, так есть, и к этому сто́ит относиться безэмоционально и с пониманием.