Демон Ночи

Я не Бойко, и брать ответственность на себя не собираюсь, тем более оплачивать дорогостоящие регенеративные операции. И да, Бойко оплатил твой штраф в сто тысяч рублей за нейтральную территорию. Так что можешь спать спокойно.

Охренеть можно!

Чтобы меня не убирать, было решено использовать меня в качестве какой-то живой способности Бойко, но это только для рапорта на данном этапе.

С этим не так страшно.

Страшно то, что меня видели две японочки, когда я выходил из портала.

— А что насчёт тех японочек, которые могут передать своим, что из Критического Пространственного Разрыва Неуловимого уровня всё же кто-то вышел? — прямо спрашиваю я.

Городецкий улыбается.

— Увы, они не выжили. Из тех восьми Охотников, которых ты видел вчера в ангаре К-4, один из них был Неуловимым охотником-ловцом, но ты и так это знаешь, потому что тебе об этом в лазарете сказали. А вот чего ты не знаешь, так это факт того, что тот Ловец открыл Критический Пространственный Разрыв Неуловимого уровня, и туда зашли пять Неуловимых охотников-убийц нашей Империи и два Неуловимых охотника-убийцы из Японской империи — те самые японочки, как ты выразился.

Назад вышли только наши пятеро ребят, которые вынесли трупы своих «собратьев» из Японской империи. Девушек отправят к своим, где их похоронят со всеми почестями.

Во как.

Какое, сука, совпадение.

Я не сторонник левых убийств, но пока что всё нормально.

Бойко и того Тридцать Шестого отмазать нельзя, ибо парни нарушили Кодекс ещё до начала операции. А вот меня отмазать можно, потому что я даже не «числюсь», как один из охотников-убийц.

Но это только по рапорту, который потом тоже затеряется либо с ним произойдёт что-то ещё.

На самом же деле я как раз таки числюсь как Низший охотник-убийца третьей стадии… но который закреплён за без вести пропавшим Бойко.

По рапорту — некий фантом вышел из портала в виде живой способности Бойко, которым записали меня.

По факту — я закреплён за Бойко и уже два месяца как работаю и учусь в военном городке, хотя и лежал в коме эти два месяца.

— И какой конечный расклад, Виктор Степанович? Я реально могу делать, что хочу, и меня никто не выгнал и ничего мне в будущем не будет? — спрашиваю на дурака, чтобы ещё раз убедиться, что мы друг друга поняли и всё чисто.

— Разрешено всё, что не запрещено Кодексом, — улыбается Городецкий. — Я уже оповестил своих людей, и они распространили слух, что ты ученик Бойко. Поэтому займёшь его пятую комнату в казарме номер одиннадцать. Это будет твой личный уголок.