Великие Спящие - 1 (Безымянный раб - 7)

Чем окончательно убедил К'ирсана в том, что МЛ'леур от чего-то отчаянно нуждались в Выдохе Вечности. И если раньше, ситуация ещё оставляла простор для торга, то сейчас всё изменилось, и эльфы Ночи явно загнанны в угол. Интересно, почему? И почему в действительности на разговор с ним отправили вместо варрека простого мага.

Впрочем, это можно будет узнать и потом, сейчас же К'ирсан хотел поскорее завершить заключённую сделку.

— Когда вы сможете передать озвученные документы? — резко спросил он.

Эльф бледно улыбнулся и махнул в сторону подножия холма, где замерли его сопровождающие с каким-то громоздким ящиком.

— Хоть сейчас, ваше вел…

— А вы готовы принять Выдох Вечности? Прямо сейчас? — продолжил давить К'ирсан.

Тёмный настороженно уставился на короля. Обычно подобного рода плетения зашифровывались в зуу'ль'теках или вкладывались в Кристаллы Памяти, однако искусство сохранения могущественных чар в каменных пластинах было утеряно, а запоминающие артефакты вряд ли были способны долго удерживать заклинание такой сложности.

И раз Кайфата был готов немедленно передать Выдох, это означало какой-то подвох. Но какой именно, Корхил Дуархен не понимал… Что не помешало ему ответить согласием.

— Что ж, тогда вас ждут несколько не самых приятных седмиц, — оскалился К'ирсан. — И появится повод для разговора с теми, кто отправил вас сюда вместо любого из варреков.

На этом и без того горящие зелёным глаза Кайфата исторгли потоки изумрудного света, а его бурлящая от магии аура увеличилась в несколько раз и захватила в свои объятия растерявшегося Длинноухого.

Тренировки тонкого тела многое дали К'ирсану. И теперь он без напряжения мог делать то, на что ни за какие хфурги не решился бы ещё три-четыре года назад.

В какой-то миг нервы Корхила сдали, он попробовал сопротивляться, но без толку. Не лесному ручью пытаться пересилить горную реку! Энергетическая оболочка короля-мага буквально задушила его ауру в объятиях, подавив едва начавшийся бунт. После чего щупы внимания К'ирсана проникли в верхние слои памяти Длинноухого и ядро его Дара, начав точно выверенными штрихами вписывать в них, как в раскрытую книгу, рисунок сложнейшего плетения.

На словах действия Кайфата звучали страшновато, но на деле эльфу почти ничего не грозило. Гораздо хуже было бы, если он получил плетение непосредственно в сознание — тогда безумие было бы гарантированно. Теперь же Корхил превращался в некое подобие живого артефакта.