Остров отложенной гибели

Подойди, пришлый.

Последнее точно адресовано мне. В руках бородатого появились два медных кувшинчика, протянул их оба сразу.

— Выбери тот, в котором лекарство, и останешься жить. Иначе...

— Понял, не дурак, — попытался я сказать, но наружу вылетело всё то же «хр-хр-хр». Схватил кувшинчик, не раздумывая, пробка всё никак не поддавалась, Великий Пхе и прочая публика уставились жадно. Да и пошли вы все!

На вкус содержимое оказалось... никаким. Вода и вода. В самый раз для иссушенного горла. Проглотил всё залпом, потянулся ко второй посудине, но шаман ее проворно убрал:

— Угомонись, не жадничай.

Быстрой смерти тебе не выпало, зато удача налицо. Не все пришлые ею одарены в равной мере. Следуй за мной, только избавься прежде от этих тряпок.

— От одежды что ли? Сам ты... это ж брендовые вещи! — фраза снова не получилась, но Великий Пхе всё понял и так.

— Твоя одежда пропитана смертью. Можешь оставить ее для костра, или остаться вместе с нею.

Я не ответил. Притронулся, для начала, к стреле, надавил — никакой реакции.

Ухватился горстью за футболку и дергал на адреналине, пока не лопнула вокруг древка. Дальнейший стриптиз пришлось исполнять при всем племени: даже дети уже сбежались, не говоря о женщинах. Каменные лица, ни единого томного взгляда. Ухмылок, впрочем, тоже не видно, как и брезгливых гримас.

— Я бы вам помахал, крр-кх... да руки заняты... потом как-нибудь.

Ключи с брелоком бросил туда же. Не до торгов теперь. Шагнул в коридор из высокого, плотного кустарника, моментально наколол пятку, но прыгать голышом, на одной ноге — совсем уже перебор.

Глянул на орла в вышине и двинулся за коротышкой. Позади затрещало жарко, потянуло смолой и палеными тряпками.

Похоже, одежда мне больше не послужит.

***

Коридор оказался спиралью — три круга, каждый меньше предыдущего — с башней в самом центре. Никак иначе это сооружение не назвать. Снова камни, обмазанные глиной, снова многоцветный птичий портрет, но уже в десяток метров высотой.

Настоящий орел как раз уселся на вершину башни, а шаман, или кто он там, распахнул передо мною входной полог.

— А не боишься, кр-кх!? Я же смертью пропитан. Или твоё кр-р-кх... лекарство уже подействовало?

— Там не было лекарства, — буркнул бородач и взялся делать странности. Разгреб руками золу в большом, глубоком очаге посреди башни, пошептал, плюнул трижды, указал мне гостеприимно на эту ямку:

— Там был лишь яд, в другом кувшине. Ложись-ка сюда.