Остров отложенной гибели

Хлебнул, для начала, бульона, а рыбой и прочими компонентами занялся чуть позже — вот и палочка пригодилась. Вокруг постепенно рассаживались местные: сплошь мужчины, перепачканные илом и грязью. Явно коллеги по крокотодобыче. Собственные миски схватили жадно, по-звериному, принялись тянуть бульон через край, на лицах тут же образовалось выражение счастливой пустоты. Ребята явно чего-то ждали, и «что-то» пришло.

Воздух сделался плотным, заполнил нос как вода. Испугаться бы, но первый вдох принялся щекотать мне горло, будто перышками, по телу прошла истома, лица соседей сделались благостными, почти красивыми.

Друзья и братья мои! Родные люди! Куда я, нахрен, собрался из этих кайфовых мест?!

— Тебе и не надо собираться, — ответил один из друзей и братьев, самый старый, седой, иссушенный, почтенный, уважаемый, внушающий бесконечное доверие. — Тебя никто не ждет за нашими землями, ты найдешь там лишь смерть и отчаяние. Здесь тепло, хорошо, всегда сытно. Отдохни до утра, отдохни, отдохни...

Кажется, меня несли — или сам летел.

Окружающий мрак рассыпался цветными шариками, что-то щелкало, обдавало мозги щекоткой, потом я без паузы оказался в знакомой пустыне с ведрами. Пять моих белых и красное стоят в рядок, никакой уже ржавчины, но и Асши не видно. Только надписи на боках и отчетливое, неприятное шипение.

— А что это, блин? — спросил я глубокомысленно, слова увязли в плотном воздухе. Захотел подойти, но прозрачная преграда не пустила. Увидел, зато источник звука — дырку в глянцевой стенке ведра, чуть ниже надписи «Здоровье», тонюсенькую струйку, мокрый бурый песок.

Не вода оттуда льется, а кровь. Медленно, но верно.

— Асаш... в смысле, Асша, что за дела, вообще?! Я тут старался, иммунитет наращивал, меня шаманы лечили... как это закупорить?!

Ломанулся вперед, упал ничком на большую белую кость. Прямо под ребра мне ткнула, ухххххххххххх...

***

...Снова боль, уже в реале. Не сильная, но глаза открылись.

— Вставайте, торчки поганые, хватит валяться! Промысел ждет!

Рядом кто-то заворчал, застонал, засопел.

Открывать глаза не хотелось, но пришлось. Увидел плечистого крепыша с копьем, совсем не похожего на здешнюю братию. Ходит, пинает под ребра спящих добытчиков. Утро, кстати — еще не жарко, но очень светло. Это ж сколько я дрых?! Во рту, будто кошки нагадили, голова тяжелая, хочется пить, а еще... крокота хочется. Аж слюна потекла, как представил цветастую картофелину — и аж в пот пробило, когда это понял.