Конклав Бессмертных. В краю далёком (КБ - 1)

– Цел? – спросил Кардинал и получил в ответ утвердительное бормотание.

…Выбравшись наверх, они столкнулись с неприятными последствиями пребывания в подвале. С них ручьями текла вода, подошвы ботинок противно хлюпали. На бетоне оставались заметные следы грязи. Неприятный поворот событий, очень неприятный.

Кардинал о чем‑то вполголоса переговаривался с Тагиром, перед ними шагал напряженный и собранный Вадим. Все при деле, один Захар не мог думать ни о чем ином, кроме как о сонме паразитов, наверняка обитающих в грязи подвала.

Прочитанная однажды книга о тропических болезнях оставила ощущение страха и гадливого омерзения, а некоторые ее фрагменты нет‑нет да и всплывали в памяти. Вот как сейчас.

На седьмом этаже Кардинал молча тронул Вадима за плечо, и тот завернул в квартиру с неровным проломом на месте входа. Какая‑то сила выворотила железную дверь вместе с косяком и отбросила в коридор. Глядя на эту груду искореженного металла, Захар нервно передернул плечами. На взрыв не похоже, а иные объяснения в голову никак не шли.

Не руками же здесь поработали!

– Башня за девятиэтажкой, – Вадим ткнул пятерней в окно с чудом сохранившимися стеклами. По‑хозяйски поднял с пола табурет, смахнул тут же подобранной тряпкой пыль и с удовольствием уселся посередине кухни. Найдя взглядом Захара, замершего за спинами вновь начавших шептаться Сноходцев, качнул головой в сторону зала. – Надо проверить.

Захар понятливо кивнул.

Опасения старшего оборотня оказались напрасны: кроме них, в квартире никого не оказалось.

Кто‑то в свое время немало постарался, круша все направо и налево, и теперь здесь нечем было поживиться даже самому нетребовательному мародеру. Во всех комнатах изрублена мебель, вспороты подушки, изрезаны ковры. Под ногами хрустит мелкий мусор. На стене в одной из спален кто‑то вывел зеленой краской имя «Мыкола Липицкий». Странную фамилию или прозвище заляпала россыпь темных брызг, навевающих неприятные мысли о судьбе несчастного Мыколы.

Комната с надписью понравилась обоим виритникам. С неприятными холодными смешками они разгребли на полу мусор, расстелили принесенные с базы тонкие одеяла. И, не тратя времени зря, улеглись сверху.

– Возьми, – Кардинал сунул Захару в руки каменную пластину, с таким трудом добытую на вокзале. – Сейчас она нам будет только мешать. Положи ее где‑нибудь в гостиной или на кухне… Хотя нет. На кухню не надо. Боюсь, Вадим ей совсем не обрадуется.