Чёрные начала. Том 6.

Ещё один удар с ноги, он невнятно пытается ударить меня, но я просто делаю шаг вбок, кулаком вышибаю из руки плеть и тут же перехожу в рукопашку.

Пусть у нас и было мало времени, но Гой кое-чему меня да обучил. Лениво, я бы сказал, пьяно отклоняюсь назад, уворачиваясь от его кулака, после чего ногой пинаю в колено, вышибая опору из-под тела, и тут же делаю шаг вперёд.

Ровно для того, чтобы с другого колена просадить ему в пах.

Кошачий загибается от такой подлости, а через мгновение его лицо встречается с моим коленом.

Удар такой, что у него вместе с кровью вылетают зубы. И когда он уже оказался на земле, я делаю шаг вперёд и бью ему в лицо ногой, выбивая из этого мира.

Но даже не успел как следует расслабиться, как Люнь тут же просигнализировала об опасности за спиной.

Я развернулся ровно в тот момент, когда в меня летел луч счастья, и отбил его одним взмахом.

— Ты посмотри…

Ушлепан был жив! Не здоров, конечно, но достаточно жив, чтобы испортить мне жизнь, но всё же…

Он пытался встать, уперевшись на меч, словно на трость, и стоя сейчас как раз на одном колене.

Я усмехнулся, чуть согнул колени и скользнул к нему с такой скоростью, что он даже среагировать не успел. Его голова улетела куда-то в сторону.

Обычно я старался не убивать, но такого ублюдка, как он, было не грех вычеркнуть из списка живущих в этом мире. Если не меня, то кого-нибудь другого он точно найдёт, чтоб докопаться, побить, а может даже и убить. Я знаю такой тип людей, и в мире, где закон равен не для всех, ему лучше быть мёртвым, чем живым.

Только вот он оказался не единственной бедой на мою голову.

— Эм… Юнксу, там позади нас… — начала неуверенно Люнь, и я уже знал, о ком она меня хочет предупредить. Понял ещё до того, как за спиной раздался бешенный вскрик одной неугомонной особы.

— Юнксу!

Да чтоб тебя, а ведь почти успел…

Я вздохнул и обернулся к занозе. Цурико медленно, но верно вставала, упираясь на копьё, не сводя с меня очень злобных глаза.

Он была готова едва ли не взглядом рвать и метать, не оставляя никого в живых.

— Юнксу, грязный ты ублюдок! — прорычала она достаточно громко, чтобы я услышал. — Сучонок! Ты ударил мне в спину!

— Ты не понимаешь, что это для твоего же блага? — вздохнул я.

— Для моего?! — рявкнула она. — Да попробуй ты мне это сделать в лицо, лёг бы тут же на спину с одного удара!

— Цурико, ляг обратно, — попросил я, шагнув к ней.