Последний из Двадцати

Его отстраняли прочь – то Касья, то Нилтар, то Кианор, словно он здесь был вовсе лишним. Парень выглянул в то, что некогда было окном – нить дороги петляла, убегая огибая ближайшие сёла, тщетно надеясь укрыться в роще ближайшего леса.

- Мы должны их нагнать, - он сказал шепотом, но его услышали все. Все, кроме Виски, смотрели на мальчишку посмевшего озвучить столь смелую мысль.

- Постой, Рун… - Нилтар примиряющее выставил перед ним ладони, словно предлагая одуматься прямо сейчас. Рун только теперь понял, что от злости стиснул кулаки.

Мана сплелась в заклинание, норовя в любой момент сорваться потоком необузданного колдовства. – Постой, нельзя же вот так, очертя голову, бросаться в никуда.

- Мы должны их нагнать, - парень сказал громче и удивился, насколько глухо звучит его собственный голос. Во рту пересохло: юный чародей готов был отдать половину могущества лишь за глоток воды. – Мы Двадцать! Любой, кто поднимет на нас руку, должен познать наш гнев. Разве не так?

Ему не ответили. Словно каждый осознавал его правоту, но боялся признать её прямо здесь и прямо сейчас.

Глотку Руна сдавило спазмом, он закашлялся, попытался прочистить горло. Краем глаза увидел, что Касья обходит его по кругу, словно в надежде наброситься со спины.

- Мы – Двадцать! – зло выкрикнул Рун. Сарказм внутри него зло ухмыльнулся. Ну, говорил он, скажем не двадцать, а уже всего пятеро. Забавно, не находишь? Рун злился на самого себя и на весь мир разом. Он переводил взгляд с одного чародея на другого, тая тщетную надежду, что хоть кто-то-то его поддержит.

– Вы что, не видите, что они сотворили? Посмотрите на Виску! Она дрожит от ужаса!

- Это ты посмотри на Виску, сопляк! – вдруг в тон ему отозвался Нилтар. – Она дрожит от ужаса не потому, что сюда ворвалась толпа разъярённых крестьян. Те, кто сумел раскидать лучших из нас, тех, кто нас пятерых учил и воспитывал, разорвут нас, словно щенят! Мы…

Нилтар осёкся. Кажется, ему самому тяжело давалось то, что он вот-вот собирался сказать. Кианор, шутник и балагур, умеющий вставить слово некстати и не вовремя, и сейчас решил проявить свое мастерство.

- Мы должны подумать. Подумать, что делать сейчас и что делать дальше. Понимаешь? – Он уставился на Руна, словно на деревенского дурачка. Юный чародей разве что не скрипел зубами. Всё внутри него говорило, что собратья правы. Но признать подобное для него было страшнее смерти.

- Мы должны их нагнать, - упрямо, словно надеясь, что повторённое трижды звучит убедительней, проговорил Рун.