Последний из Двадцати

Сдерут три шкуры, посыпят солью и заставят сплясать. Старый Мяхар, голос которого Рун начал слышать у себя в голове чуть позже, чем наставления мёртвого же мастера Рубера, вдруг поперхнулся на собственной насмешке, когда Чавьер изъявил просьбу.

Тут, наверно, поперхнулся бы кто угодно...

- Я хочу стать камнем...

Кошмары о былом, Сон четвёртый, часть вторая

У Руна просили разного. Иногда, набравшись смелости, сельские мальчишки просили фокусов. Когда он был парой лет младше - не отказывал, а сейчас не решался тратить ману на подобную ерунду.

Испив чашу отчаяния до дна, у него просили о пощаде и прощении. В грязных, наработанных и покрытых трещинами давно иссохших мозолей руках он видел то подкову, то погремушку, то старую тряпичную куклу. Родители, чьи отпрыски были наказаны за какую либо провинность не жалели слёз и стенаний, тщетно надеясь купить на них прощение.

Иногда в Шпиль приезжал вестовой с тревожными новостями - гигантский хруставолк, белая тень, ещё какая бестия являлась и норовила наворотить лихих дел.

Без помощи чародея - никак.

Исцелить, расколдовать, защитить. Но вот чтобы кто-то просил превратить его в камень? Рун не знал, злиться ему или нет. Либо это очень жестокая насмешка, либо в голове мастера засело самое настоящее безумие. Ни то, ни другое было чародею не по вкусу.

- Что?

Чавьер пожал плечами. Создавалось впечатление, что голове попросту неудобно лежать на плечах и она пытается сбежать.

- Во у тебя сейчас наверно в мозгу баталия, а? У тебя от натуги штаны сзади рвутся, когда пытаешься нагнать очередного поганца и в камень его обратить, а тут к тебе - опа, приходят и сами просят!

Рун сглотнул.

Чавьер явно осознавал, что просит безумное - а значит, не такой уж он и дурак. Застенный мастер щёлкнул переключателями внутри механической куклы - та вздрогнула, словно от удара. Открылся рот, глаза вспыхнули голубым.

- Это я проверяю, ты не мочи штаны почём зря. Всё пучком будет, задницей местной красавицы клянусь, смекаешь-нет?

Руну думалось, что автоматон не скажет ничего нового.

Напротив, Ска выпрямилась, будто на приёме у матриарха, разве что поленилась встать.

- Я - С. К. А. Служебно-Комбатантный-Автоматон, юнит модель 47, порядковый номер...

Чавьер махнул рукой, эта информация ему явно была ни к чему.

- Блок памяти и личностная матрица, конечно, поцоканы, но не до того, чтобы уж совсем, смекаешь, а? - Чавьер весь из себя как будто превратился в живое воплощение мимики. Рун отвечать не спешил.