Тень ассасина

Слишком он насмотрелся на остальных учителей и, радуясь, что его Владыка не интересуется его мыслями, про себя называл их убогими.

Они передавали детям науки, они говорили правильные слова, они воспитывали учеников так, как велел им Владыка, но сами при этом почти не ощущали радости жизни. Именно поэтому из самых первых учителей не осталось почти никого – прожив десять-пятнадцать лет, Владыка не становился взрослее, терял интерес к жизни и так и не превращался в половозрелую особь. А носитель начинал или тихо сходить с ума, или кончал жизнь самоубийством.

Именно он - Родриго посоветовал в свое время попробовать в качестве носителей женщин. И хотя сперва Нар-го, дорожащий каждым зародышем, не мог осознать смысла этого действия, но позднее согласился попробовать – слишком много мужских носителей потеряли вместе с будущими Владыками в первые годы.

Постепенно Нар-го даже смирился с тем, что в жизни этих носителей есть нечто недоступное его пониманию, но что стоит обязательно учитывать при составлении пар. И пусть Учитель каждый раз допрашивал Родриго, почему он выбрал парой именно этих самца и самку, но все чаще следовал его советам. Хотя и не оставлял попыток вычислить эту малозаметную, но столь важную деталь.

Про себя, с легким налетом цинизма, Родриго называл эту составляющую «любовью». Хотя прекрасно осознавал, что те, чье слияние прошло удачно, лишены и таких вещей, как эмпатия, жалость, даже – ненависть.

Однако, в этой беседе что-то пошло не так. Как обычно, не получив полного контакта с Владыкой Родриго, Нар-го почему-то разозлился больше обычного. Однако и совсем не следовать советам он не рискнул – ценность каждого зародыша все еще была очень велика. Потому решение, которое он принял, выглядело несколько странным:

-- Пусть дети решат это сами.

Под детьми Учитель Нар-го, разумеется, имел в виду зародышей Владык.

С момента первого Слияния в этом мире прошло уже более пятидесяти местных лет, а ни один зародыш так и не достиг полного созревания.

Носители звали их Владыками, но сам-то Нар-го прекрасно понимал – они так и не доживают до полноценной зрелости, до той зрелости, когда возможно полное слияние особи-родителя и плода его тела. Когда возможность обмена знаниями и опытом жизни достигает пика.