Рыцарь Ночи и Луна

Тело по инерции шагнуло вперёд и, не найдя опоры, я повалилась на траву, сбив ступню о каменную плиту, на которой стояла.

— Чего разлеглась?! Раз уж с тебя толку нет, иди хоть в огороде помоги, братовья надрываются, а ты всё сангу из себя корчишь! Чего вылупилась? Ступай, говорю, не то есть-то сегодня не получишь!

Женщина злилась, хотя я совершенно не догадывалась, на что. От полного непонимания ситуации я и в самом деле пошла за дом, на тот самый огород, глотая слёзы от боли – мизинец на ноге кровоточил..

.

«Братовья» мне не слишком обрадовались, даже когда я спросила того, что постарше:

— Что нужно делать?

— Ха! Ты колдовка – ты и решай, что нужно!

Немного замявшись, я сказала:

— Я и без колдовства могу. Ну, просто руками. Раз уж тебе так колдовство не нравится…

— Нечего тут подлизываться! Эх, мне бы колдовства хоть каплю, я бы – ух! Я бы всех…!

Он смотрел на меня с неприязнью, этот подросток, такой же темноволосый, как мать и как младший, что спрятался за его спину. В какой-то момент я просто повернулась к нему спиной, прошла в дом мимо женщины, которая, кажется, вовсе не ожидала моего появления, поднялась на чердак и, кинувшись на сено, заплакала.

От слабости тела и от полного непонимания, что делать и почему они все меня ненавидят?!

Разбудила меня высокая, даже выше меня, темноволосая девушка. Свет горящего шарика в её руке странно искажал черты лица, но мне показалось, что она очень похожа на ту женщину, что я видела внизу. Её дочь? Сунув мне в руку что-то непонятное, она резко повернулась и пошла к дверям.

— Постой…

Девушка резко повернулась и не слишком дружелюбно буркнула:

— Ну, чего тебе нужно?

— Ты не могла бы поговорить со мной?

— Я?! — удивление её было так велико, что она, как мне показалось, даже растерялась: — Я?! Поговорить с тобой?! О чём?

— Обо всём… Я ничего не помню после болезни, понимаешь? Я даже не знаю, кто ты и почему на меня все злятся!

Она смотрела мне в лицо, возможно, стараясь понять, правду ли я говорю.

А возможно, просто размышляя, что и как лучше сказать. Но уходить уже не торопилась. Через минуту подошла к сену, села со мной рядом и сказала:

— Что ж, давай поговорим, сестрица.

Глава 2

Имя моё – Алуна. Я покатала его на языке, чуть нараспев произнесла – Алу-у-уна… Странно, конечно, непривычно.

Сестру звали Лита. Сперва она нервничала и не верила, что я не помню даже таких деталей, как её и своё имя. Потом немного успокоилась и заговорила.