Осколки мира. Эдхэ. Книга первая

Значит, все-таки не ошибся!

- Почему молчали?

- Предпочту обсудить это не здесь, - выпалил имир и стойко выдержал тяжелый взгляд Ястреба. - Я готов все рассказать.

- И вы знаете, кто убийца, - он уже не спрашивал.

- Да, знаю. И мне нужна ваша помощь.

_________

[44] - Сокол - воинское звание для солдат внешних войск Эсшаны

Глава одиннадцатая

Полночь. Промозглый холод, оглушающая тишина и непроглядная тьма. Большое поле, поросшее невысокой травой, темным пятном лежало под усыпанным звездами небом. Оно начиналось от окраины Раила и терялось в черноте леса Лортара.

В воздухе уже отчетливо чувствовалось приближение зимы. Время шло. Вейра уже совершала ночной обход, с любопытством поглядывая на застывший у края широкого поля одинокий силуэт. Он издалека напоминал огромную птицу. А все из-за светлого плаща, в который зябко куталась девичья фигурка.

Неизвестно, что заставило прийти сюда в столь поздний час. Может быть, любовь? Девушка с надеждой и нетерпением вглядывалась в темноту леса. Плащ, увы, не спасал от сырого колючего ветра.

Начала бить мелкая дрожь и зубы застучали безрадостную дробь. То ли от страха, то ли от холода.

Она поплотнее закуталась, подставляя лицо ветру, и запричитала:

- Где же ты, суженый мой, ряженый мой? Почему на встречу с любушкой не торопишься, аль не мила я тебе, девица красная?

Тишина. И никого. Она постояла еще немного, огляделась, посмотрела по сторонам, а потом взяла и села на траву, подминая под себя длинный плащ и костеря не разбирающегося в женской красоте суженого.

- Тоже мне, романтический герой-сердцеед, - расстроенно всматривалась в темную даль. - Ни любви, ни внимания, ни свидания.

Ответа так и не дождалась. Ветер стих. Мрак словно стал гуще - обступил, навалился. Она замерла, только повела головой из стороны в сторону.

Осторожно поднялась с земли.

- Кто здесь?

Тишина. Где-то справа треснула сухая ветка. Интуитивно почувствовала приближение и резко обернулась, пытаясь не закричать от ужаса. Изувеченное болезнью и искаженное гримасой постоянного голода лицо появилось на расстоянии локтя.

Обнажились острые, проступившие меж сухих тонких губ, клыки. Которые сейчас же вонзились бы нежную шейку. Но тут случилось странное... Два небольших ножа проткнули стопы охочего до ласк, не позволяя сократить расстояние.

Девушка отскочила назад, едва не споткнувшись о торчащую из-под земли рукоять и замерла. Кинжал, к которому она прикоснулась, нагрелся. Яркая и ослепительная вспышка разрезала мглу.