Стальной донжон

Но не каждый становится рыцарем Стального Донжона!

- А какая разница? – недоуменно протянул Тропф, судорожно зевая и ёжась от ночной прохлады.

- Обычные рыцари — это военная сила Рэдгарта...

- Это я понял, - покачал головой северянин, взглянув на тёмный силуэт башни, что закрывал ночное небо, - если король собирает войска, то каждый рыцарь обязан явиться на зов. С собой он ведёт копье, - нудно начал он, повторяя заученные тексты, - и прочее, прочее, прочее! А в чём разница-то между ними и мной?

- Рыцари Стального Донжона защищают саму башню и короля.

Это личная армия Кроноса, которая делает всё, что прикажет он. Поэтому-то туда и попадают самые достойные и лучшие. Они живут прямо там, - он кивнул в сторону мрачной громадины.

- А я живу в каком-то небольшом домике, - пожал плечами парень.

- Ну, когда обучишься всему, что тебе надо знать, тогда и попадёшь туда, - хмыкнул Вальгард, - или вообще не попадёшь. Ты у нас особый фрукт! – хрипло рассмеялся он.

- Это точно, - покачал головой Тропф, разглядывая толстые прутья клетки.

Ему было бы куда легче переносить все эти изматывающие занятия, если бы не нужно было ещё и следить за драконом. Это была его отдельная личная головная боль.

С тех пор, как они заперли маленькую ящерицу в клетке, всё сильно поменялось. Королевские зодчие выстроили в центре зоопарка целый загон, огороженный высокими толстыми прутьями. Их кончики загибались вовнутрь, чтобы зверь не смог выбраться. Крепкие стальные ворота позволяли заходить внутрь, но делать это могли лишь трое: Вальгард, Скотти и Тропф.

Поначалу, дракон подпускал к себе лишь северянина, злобно шикая на остальных. Дышать огнём он не мог, зато у него были острые зубы и когти. Ими он рвал добычу, и это весьма впечатляло, заставляя сто раз подумать, прежде чем приближаться к этому животному. Так что рисковать и подставляться под его удары никто не хотел.

Но потом парень осторожно начал приручать его к своим друзьям, чтобы они могли кормить зверя сами. Но лишь кормить и не более.

Всё остальное разрешалось лишь самому Тропфу. Он гладил чудовище по голове, чесал за ушными впадинами и осматривал блестящую чешую с перепончатыми крыльями.

Благодаря этому, по мнению Скотти, дракон привыкал к своему хозяину. И привык он настолько, что северянин начал воспитывать свою зверушку. Первым делом ему захотелось отучить этого монстра есть живую добычу. Слишком уж утомительно было таскать перед ним куски мяса или выпускать в загон живую добычу.