Эволюция Пожирателя Том 1. Том 2.

Сигнал обрывался в этом месте, но его внука нигде не было!

Опустив взгляд вниз, он увидел большую лужу засохшей крови и тянущуюся от неё дорожку в сторону оплавленного асфальта. Именно там был открыт один из Прорывов!

— На этом месте умер мужик, — меланхолично проговорил Ламбертов, мигом привлекая внимание главы рода Самсоновых.

— Что ты сказал? — решил он, что ему послышалось.

— Говорю, — подошёл к нему юноша и указал пальцем на лужу крови. — Здесь умер мужик, которого я хотел спасти, но получил приказ устранить Прорыв второго уровня, появившийся в парке.

— Какой ещё мужик? — недоумевал глава рода.

— А мне почём знать, — пожал парень плечами и дополнил: — Внешность я его не рассматривал. Ростом, как вы. Веса где-то килограммов восемьдесят пять - девяносто. Люркер пробил шипом его плечо и обжёг грудь слюной. Видать, он выжил после моей атаки знаком и утащил его тело в улей. Надеюсь, что тот мужик умер от ран до того, как оказался там... Иначе, я не завидую его участи.

После слов Ведьмача, глава рода Самсоновых глубоко задумался.

Разве мог артефакт, настроенный на формацию жизни его внука, дать сбой? Такого раньше никогда не происходило на памяти старика. Но как тогда дать объяснение подобному? Не мог же его мальчик вымахать за столь короткий промежуток времени до роста деда и пополнеть? Значит, всё же артефакт сломался и нужно искать дальше... Но как?

Пребывая в мыслях и обрастая в голове всё большими вопросами, Дмитрий не сразу заметил, что волна поиска сдвинулась с места и стала тянуть старика в сторону закрытой воронки Прорыва.

От осознания в груди графа всё похолодело.

— Н-нет... — пробормотал он слабым голосом и на деревянных ногах подошёл к оплавленному кратеру.

Волна поиска остановилась, и артефакт потух, мигом разрушив все надежды старика найти внука.

Из обретшего цель графа будто стержень вытащили. Сердце охватило отчаяние от осознания, что он не успел. Вновь.

— Гера... — с болью произнёс он имя внука, а его глаза стали намокать.

Ламбертов не понимал, что сейчас чувствует стоявший возле кратера старикан.

Сентиментальность была чужда ему, как и чувство потери. У него не было семьи: её заменил орден. У него не было родных: он сражался с ними бок о бок, каждый день. Зачем проливать слёзы, когда это бесполезно? Пустая трата времени.

Ноги старика готовы были подкоситься, его мощные плечи осунулись, а глаза словно впали. Отчаяние нарастало в душе главы рода, вновь проживающего потерю, теребящую только-только зажившие душевные раны.